+7 (8452) 23 04 38

+7 (8452) 23 77 23

info-sar@mail.ru

Информационно-аналитический портал Саратовской и Вольской Епархии
По благословению Митрополита Саратовского и Вольского Лонгина.
Русская Православная Церковь Московского Патриархата
Найти
12+
Мы играем в старину
Просмотров: 820     Комментариев: 0

«Вот эту лакомку я сделала сама»,— двенадцатилетняя Арина Малык показывает мне небольшой мешочек, сшитый из разноцветных лоскутов. Он крепится на длинном, узком тканом поясе на сарафан девочки. «А что такое лакомка? Наверное, связано с чем­-то сладким?» — «Да, в старину в такой мешочек складывали гостинцы. В цвет лакомки я себе еще лоскутный чехол для телефона сшила».

Трогательный музей

 

В клубе-мастерской «Светлица»Арина занимается в клубе-мастерской «Светлица» только год, но уже многому научилась. И как тут не стараться, если учебный класс превращен в настоящий музей: здесь можно увидеть деревянные и глиняные игрушки, берестяные погремушки, тряпичных кукол и котят, лоскутные одеяла и мячики, аутентичные предметы народного быта. Организованная в 2006 году как детское творческое объединение с углубленным изучением традиционной культуры России, «Светлица» переехала в «Центр дополнительного образования для детей» Октябрьского района два года назад. Клубу дали просторное помещение, и все, что накопилось за долгие годы работы, принесли сюда.

Руководитель «Светлицы» Светлана Валерьевна Белоногова ведет некоммерческий социокультурный проект «Кланяюсь низко родной старине»: приобщает детей к традициям народного творчества, учит старинным ремеслам. Такой же кружок десять лет действует и в Свято-Покровской православной гимназии. Приходы саратовских храмов часто зовут больших и маленьких мастеров к себе в гости.

Арина Малык со своей любимой игрушкой— Наша «Светлица» задумывалась как место, где дети могут среди подлинных предметов прикладного творчества знакомиться с традиционной отечественной культурой, — рассказывает Светлана Валерьевна. — Дети называют нашу экспозицию «трогательным музеем», потому что здесь все можно трогать, брать в руки. И можно с удивлением увидеть, например, что берестяная погремушка сделана без клея, и при желании попробовать сделать такую же.

Пространство мастерской условно делится на несколько частей: музейную, игровую и мастерскую. В музейной зоне можно найти настоящие предметы старинного быта: архангельские и вологодские игрушки, берестяные туеса, прялки и веретенца, гребень для ручного прядения, качедыки для плетения лаптей, сундук и вышитые полотенца. Много традиционных игрушек «Светлице» передала Галина Львовна Дайн — искусствовед, исследовательница русской народной игрушки, книги которой стали в клубе настольными.

— Галина Львовна болеет душой за «столицу русской игрушки» — Сергиев Посад, десятки лет отстаивает мысль о том, что русскую игрушку нельзя оторвать от общей истории России, как невозможно отделить русскую культуру от православной. Сергиев Посад как раз показывает это единство. И именно она в свое время вернула детям России Музей игрушки, который долго был на консервации, — поясняет Светлана Валерьевна.

На мягком ковре в игровой зоне разместились колыбель и много-много плетеных корзинок с игрушками — чего тут только нет! И со всем этим можно играть, что ребята с удовольствием и делают в минуты отдыха.

 

Сарафан-дефиле

 

Вот какие мы нарядные!В «Светлице» изучают и стараются воссоздать традиционные костюмы, причем увидеть результаты можно не только на манекенах, но и на ребятах. Наряжаться любят и девчонки, и мальчишки.

— Когда дети приходят на занятия, им хочется проникнуться этой атмосферой, и поэтому они каждый раз бегут переодеваться, — говорит Светлана Валерьевна. — Мы играем в старину. Долгое время принято было считать, что подростки ко всему народному относятся с пренебрежением, однако современные дети приходят к нам с удовольствием и говорят, что это здорово, хотят участвовать.

Рядом с настольным ткацким станком — полки с тканями. Одна из принципиальных позиций преподавателя — не раздавать ученикам готовые комплекты материалов. Ребенок должен сам поразмышлять и выбрать, что ему хочется создать, подобрать нужные цвета. Светлана Валерьевна уверена, что если детей правильно обучать, то уже в семь-восемь лет они усваивают основы лоскутного шитья и домашнего ткачества и уже через год-два могут, например, самостоятельно ткать пояса и создавать практичные и стильные образцы прикладного творчества, сохраняющие старинные традиции, а значит, и отечественную культуру.

— Такого творчества — спокойного, народного, традиционного — нашей современной молодежи очень не хватает, — говорит врио заместителя директора по воспитательной работе центра Яна Ульянченко. — То, что было красиво раньше, красиво и сейчас, и это вполне можно использовать. Почти у каждого, например, есть смартфон, и Светлана Валерьевна учит шить лоскутные чехлы — красивые и индивидуальные, в магазине таких точно не купишь. К десятилетию проекта «Кланяюсь низко родной старине» мы проводили большой фестиваль в Историческом парке «Россия — моя история», и там было «Сарафан-дефиле»: девочки вышли на подиум в традиционных костюмах, которые сами сшили вместе с педагогами. Для них это было такое счастье! И многие тогда увидели: чтобы быть красивой, необязательно надевать короткую юбку. Со Светланой Валерьевной детям очень нравится работать — она настолько интересно, увлекательно подает материал, что мы сами ходим к ней на мастер-классы. Когда ты что-то делаешь своими руками и уходишь потом с этой вещью, — а под ее внимательным руководством вещь получается действительно хорошей, — это необыкновенное удовольствие. У нас в центре занимаются больше двух тысяч человек, и практически каждый хотя бы раз побывал в «Светлице».

Воспитание творчеством

 

После знакомства с мастерской мы поговорили со Светланой Белоноговой о том, как именно воспитывает творчество и как народные ремесла пришли в ее собственную жизнь.

— Когда Вы сами открыли для себя русскую игрушку?

— По образованию я филолог. На первом курсе университета, когда мы стали изучать фольклор, я поняла, что многого не знаю о нашей истории, и мне очень хотелось углубиться в эту тему. Спустя годы, когда родились мои дети, мне захотелось создать такой музей старины, где они могли бы что-то подержать в руках, прикоснуться к ней в буквальном смысле этого слова. Я была несколько раз на ярмарках в Нижнем Новгороде, Суздале, Владимире и в Вологодской области и видела, что там ремесло живет, а не только хранится в музейной витрине. Мне очень хотелось, чтобы Саратов тоже гордился своими мастерами.

Сначала я сама делала тряпичные игрушки дома, это были 90-е годы. Тогда не было такого обилия книг по теме, как сейчас, но в Москве стали проходить первые семинары и фестивали, объединяющие людей, которые интересуются народным творчеством. Некоторые участники тех семинаров — сейчас известные в России мастера, создавшие великолепные центры обучения отечественной культуре и посвятившие этому жизнь. Мне тогда удалось только прикоснуться к этим знаниям, я не могла посвятить этому свою жизнь, но могла заниматься такого рода творчеством со своими детьми. И я решила, что буду интерпретировать то, чем занимаются взрослые художники, для детей. Так возникла наша «Светлица». Мы начинали с игрушек, потом стали создавать костюмы, работать в технике лоскутного шитья.

И пусть теперь, по прошествии лет, я не могу похвастаться персональной выставкой, но зато я точно знаю, что те дети, которые побывали в «Светлице», научились важным вещам, тому, что история и любовь к своему краю — это не просто слова из учебника, а часть нашей жизни — здесь и сейчас.

— Как Ваши дети отнеслись к занятиям народным творчеством? Им это нравилось?

— Им не приходилось выбирать! Они росли вместе со «Светлицей». Моей дочери Светлане сейчас восемнадцать, и на ней, можно сказать, отрабатывалась методика «Светлицы». На сегодняшний день многие ее работы интереснее и сложнее моих, а лапти только она и умеет плести, училась у замечательного мастера Василия Ивановича Андюкова из села Калмантай Вольского района.

Опыт «Светлицы» показывает, что дети, особенно маленькие, с огромным интересом относятся к традиции. Им это нравится, они считают это совершенно естественным. И, собственно, наша задача — вовремя дать детям реальную возможность прикоснуться к народной культуре, наполнить детство отечественной традицией. Конечно, это движение идет медленно и все еще несет шлейф устаревшей официальной самодеятельности, того периода, когда все сводилось к скоморошеству, отвлекавшему от духовной сути русской культуры. Поэтому, на пути взросления, наступает период, когда возникает осторожность: надо ли этим заниматься, надо ли рассказывать другим, не будут ли надо мной смеяться? Ребята чувствуют, что не совпадают в своих интересах с основной массой сверстников, и начинают сжиматься. Не нужно насильно переубеждать: пусть попробуют быть, как все. Со временем подросток захочет выразить свою индивидуальность, и тогда он вспомнит, что умеет делать то, что могут очень немногие, понимает ту часть культуры, в которую пока большинство его ровесников не открыли дверь.

Мы с детьми собирали разные лоскутки и старинные игрушки, много копировали. Дочка с пяти лет знает, что такое копия с подлинника. Сейчас так много раскрасок, дети их любят, но мне непонятно, почему родители совсем не думают о том, что раскрашивают их дети. Зачастую это примитивные, а порой и агрессивные картинки. Если мы таким образом от детей просто отмахиваемся, занимая их лишь бы чем, то потом они, повзрослевшие, отмахнутся от нас. Если же мы хотим отклика, то должны уделить время и силы их качественному досугу. У нас в «Светлице» целая коллекция детских копий церковнославянских буквиц, народного костюма, игрушек, предметов быта, это входит в программу обучения и формирует в детях необходимую основу для понимания и, что очень важно, осознанного сохранения и продолжения отечественных традиций.

 

Светлана Валерьевна Белоногова со своими воспитанницамиЗанятия народными ремеслами — работа трудная и кропотливая

 

— В «Светлице» занимаются и мальчики. В мире компьютерных игр, смартфонов и скейтбордов так необычно видеть их с шитьем в руках…

— На самом деле, мальчиков и мужчин, которые искренне любят рукоделие, очень много. Был период, когда индивидуальные занятия ремеслом не приветствовались, и всех старались занять чем-то другим; мальчиков отдавали исключительно в спортивные и технические секции. А ведь известные мастера-прикладники — очень часто мужчины. У нас в Саратове есть замечательный мастер Виталий Феофанов, работающий в технике монастырской вышивки. Он создает настоящие шедевры, и мы планируем совместные занятия. Вообще, ремесло требует выносливости и логики, поэтому мальчишки нередко работают быстрее, чем девочки. У них пока нет столько усердия и прилежания, но все равно получается хороший результат.

Посмотрите, например, на нашего Тимофея Дергунова. Он пришел ко мне второклассником. Я тогда вела «Светлицу» в школе № 5. Занятия в кружке шли три года, все работали по-разному: кто-то время от времени отлынивал, кто-то с интересом пробовал делать что-то новое, но не доводил до конца. В дополнительном образовании сразу проявляется характер ребенка. Тимофей из тех, кто хочет непременно добиться результата. Помню, все дети сделали маленькие лоскутные блоки и успокоились на этом, а Тимофей сел и стал собирать свои блоки в одеяло. Несколько ребят тоже за ним потянулись, но ни у кого не хватило терпения, только у него. Итог работы — замечательное детское лоскутное одеяльце ручной сборки, получившее уже несколько призовых мест разного уровня. Потом он научился ткать пояса и создал целую коллекцию.

 

Тимофей Дергунов со своей работой — лоскутным одеялом«Тряпичная» семья

 

— Есть расхожая фраза, что творчество воспитывает. А как именно?

— У нас разновозрастной коллектив, и дети в нем притираются друг к другу, учатся общаться. Заниматься ремеслом невозможно, не приучаясь при этом к порядку: нужно складывать на места инструменты, материалы, каждый раз убираться на рабочем столе.

Надолго у нас задерживаются только те, кто приучен к труду. Но зато тех, кто усердно занимается из года в год, можно назвать настоящими хранителями традиции. На разных конкурсах и фестивалях люди не могут поверить, что такие работы делают дети. Недавно в Хвалынском районе я показывала изделия наших девочек 8–10 лет, и члены жюри придирчиво выясняли, точно ли это ручной шов, — настолько необычно это умение в современном мире. Отвечаю, что только учу детей, а работают они сами.

Нас часто приглашают провести мастер-классы, много ездим по области. И я вижу разницу между городскими и сельскими детьми: ребята из глубинки «рукастые», хваткие, они могут долго и качественно работать. Если бы в малых городах и сельской местности было больше таких клубов, как наш, народная культура поднялась бы очень быстро и заметно.

— Как в Вашу жизнь вошло Православие?

— В 90-е много говорилось о сохранении культурного наследия. Появилось много информации, которая прежде была закрыта. В какой-то момент я осознала, что важной составляющей в моем понимании русской культуры явно не хватает. Я в то время не была воцерковленным человеком, но с уважением относилась к Православию как части культуры. Благодаря книгам замечательных исследователей (академика Марии Некрасовой, искусствоведа Галины Дайн) я стала осознавать, что отечественная традиция народных промыслов и ремесел много раз фактически умирала из-за идеологического давления, и что если бы не Православие, то русская культура могла уйти в небытие. Когда для меня это стало очевидным, я перестала бояться, что традиция исчезнет. Фактически единственно сохранившаяся без искажений духовная составляющая отечественной культуры, как и прежде, помогает исправить и восстановить истинное величие истории и современности нашей страны. Вне православной веры говорить о том, что мы возрождаем культуру России, на мой взгляд, просто невозможно.

 

Фото автора и из архива клуба-мастерской «Светлица»

Газета «Православная вера» № 10 (630)

Комментарии:

нет комментариев

ВЫ МОЖЕТЕ ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ:

Отправляя данную форму, я даю согласие на обработку моих персональных данных в соответствии с политикой обработки ПД.