Жители Ленинского района Саратова с нетерпением ждут открытия храма во имя учеников Христа Петра и Павла
Мое знакомство с Петропавловским храмом, на тот момент существовавшим только в виде проекта, началось в 2007 году с телефонного звонка. Читатели часто желают поделиться возмущением по поводу происходящих на их глазах безобразий. Вот и набравший номер редакции газеты мужчина был полон, как ему казалось, праведного негодования: «У нас деревья вырубают! Говорят, будут церковь строить! Куда смотрят власти и пресса?!»
Выяснив, где именно происходит антизеленый вандализм (оказалось, это место в Ленинском районе, у площади Ленина, недалеко от моего дома), и припомнив заросший мусором скверик с усталыми от долгой жизни пыльными тополями, удивилась: «А почему вы против? Может, и не плохо, если несколько старых деревьев уберут, а территорию благоустроят? Да и храм-то чем может помешать? Это же не рюмочная, не заправка». Но увещевания на читателя положительного эффекта не произвели. Посылая проклятия в адрес «продажных писак», он бросил трубку.
Минуло пять лет. Строительство столь немилого моему собеседнику объекта было в самом разгаре, а рядом появился временный храм, можно даже сказать, храмик, небольшой, тесный, в котором шли службы.
Был Великий пост, первый в моей жизни. В эти дни Бог прикоснулся к моему сердцу, и я, повинуясь внезапному душевному порыву, по дороге на работу зашла в Петропавловский, чтобы купить Евангелие.
Попала на службу и поразилась, что в столь крохотной комнате умещалось такое число людей. Стояли плечом к плечу, крестились, кланялись, но никто никому не мешал. Этой удивительной способности церковного пространства расширяться, дабы дать место жаждущим общения с Богом, не раз удивлялась позднее, когда бывала на праздничных службах.
А через несколько месяцев в Петропавловский храм привело предчувствие беды. Родственник, уставший от мучительной, долгой болезни, признался, что не хочет больше жить. Поскольку нас разделяло расстояние в тысячу километров, и жалкие попытки отговорить его от этого шага по телефону не давали результата, только и оставалось, что обратиться к Господу и апостолу, в честь которого отчаявшегося человека 60 лет назад крестили.
Сорокоуст, свеча у иконы апостолов, сумбурные, неумелые молитвы… Но как же радостно было услышать спустя несколько дней повеселевший голос: «Я в порядке».
И вот перспектива новой встречи и более близкого знакомства – предложение написать о храме, который еще не достроен. Поначалу вызывает недоумение.
О чем писать? У него же еще нет истории, как у тех прекрасных старинных церквей, что пережили революции, войны, гонения… Но оказалось, что храм, пусть и в таком «полуфабрикатном» состоянии уже давно живет, обрастает прихожанами, аккумулирует близких мне людей, и даже своя история у него имеется.
Долгие поиски
До революции в Саратове храм во имя святых первоверховных апостолов Петра и Павла располагался в том месте, где сейчас находится правительство Саратовской области. «Ленинский район для строительства был выбран потому, что он густонаселенный. Здесь проживают более 265 тысяч человек, и при этом на момент начала реализации проекта в нем действовало всего пять православных приходов, три из которых – в отдаленных микрорайонах», – вспоминает настоятель храма, игумен Нектарий (Морозов).
От первой площадки, которую предложили городские власти, пришлось отказаться из-за возможного конфликта с владельцем земельного участка, расположенного по соседству, да и местные жители выступили против, не хотели терять зеленую зону. «Мы ездили по району вместе с главным архитектором Саратова Владимиром Виричем, выбирали участок, и нашли этот, – продолжает отец Нектарий. – Тоже были сомнения, поскольку он оказался в сквере, но, когда мы узнали, что на эту землю претендует бизнес, намеревающийся устроить автомойку, что означало полное уничтожение зеленой зоны, перестали колебаться. Пришлось спилить несколько деревьев, но заверяю: когда работы завершатся, мы максимально постараемся компенсировать эти потери в насаждениях».
Уже сейчас уютный скверик, разбитый на подходах к храму, привлекает жителей района. Приходят мамы с колясками. Пожилые отдыхают на скамеечках, любуясь утопающими в цветах клумбами.
А когда строительство завершится, ограждающие заборы уберутся, прилегающая к церкви территория станет таким же местом притяжения для жителей, как очаровательный парк у Троицкого собора на Музейной площади. Помнится, когда его передавали епархии, тоже звучали возмущенные возгласы о том, что «попы отбирают землю у горожан».
Но сегодня ни у кого не возникает сомнений в том, что этот «захват» был во благо. И те, кто с пеной у рта доказывал свои права на землю, вряд ли с ностальгией вспоминают запустение, царившее на Музейной площади до тех пор, пока за дело с Божьей помощью не взялись верующие.
Шатер вместо ракеты
Временный храм действует на 3-й Дачной с 2008 года, но многие потенциальные прихожане, живущие поблизости, стараются уезжать на службы в другие церкви, чтобы дать возможность помолиться в нем пожилым, которым трудно передвигаться по городу. А вот на молебен апостолам Петру и Павлу, который совершается каждую неделю, они все-таки стараются приходить, просят святых помочь завершить стройку поскорее. Среди них и моя подруга Татьяна.
«Каждый раз спрашиваем отца Владимира (священник Владимир Сухих, служит во временном храме. – Авт.): «Ну когда же, когда же достроят?». А он нам отвечает: «Как храм строится? По молитвам». «Наверное, мало молимся, – вздыхает Таня. – Надо молиться сильнее». Впрочем, даже этот маленький временный храм нам очень дорог. В нем, как нигде, есть ощущение, что все молящиеся – единое целое. Мое воцерковление начиналось несколько раз, но почему-то в других церквях я так и не задержалась, только Петропавловский стал родным и любимым. Даже ловлю себя на мысли: «Не потеряется ли это чувство, когда перейдем в новый просторный храм?».
Петропавловский храм действительно самый большой из тех, что строится в настоящее время в Саратовской области. Он рассчитан на 750 человек при норме два человека на один квадратный метр, но в большие праздники на этой площади в церкви умещаются и четыре-пять человек, так что потенциал у храма значительный: около полторы тысячи верующих смогут в нем одновременно молиться.
По словам отца Нектария, у него были сомнения по поводу того, чтобы возводить такое большое здание, поскольку это очень трудоемкое и затратное мероприятие. Есть риск, что строительство затянется надолго.
Но архитекторы убедили: храм должен быть заметным, высоким, организующим все пространство вокруг себя. И тогда за основу был взят проект архитектурно-реставрационного центра Троице-Сергиевой лавры, который позже переработали в Саратове. Приложил к нему руку и епископ Покровский и Николаевский Пахомий.
«Нам не нравилась колокольня, – объясняет игумен Нектарий. – Не в обиду будет сказано саратовским проектировщикам, но она была похожа на ракету на старте. И мы решили заменить ее на шатровую. Помню, как сидели с владыкой Пахомием в келье, и он карандашом эту колокольню рисовал. Потом отнесли набросок архитектору, он придал эскизу законченную форму, по нему затем создали проект». Семьдесят процентов строительных работ было выполнено в первый докризисный год.
В последующие годы стройка продвигалась медленнее. Сейчас установлены купола, завершаются кровельные работы, подводятся инженерные коммуникации.
В 2010 году храм обрел голос: установили главный колокол звонницы, изготовленный в Воронеже. Осталось провести отделочные работы, установить иконостас, благоустроить территорию.
Все это реально сделать за год, если будут средства. Не хватает примерно пятнадцати миллионов рублей.
По сравнению с тем, сколько денег вложено, не так уж и много, но все-таки сумма значительная. Прихожане, чем могут, помогают храму.
«Однажды пришла бабушка лет за 80, принесла 45 тысяч, отдала деньги и убежала, – рассказывает отец Нектарий. – Даже имя не успели спросить. Полагаю, это «гробовые» – деньги, которые старые люди на похороны копят. А она принесла их в храм. Как тут не вспомнить евангельскую вдову и ее лепту? Отдала все, что имела! Есть у нас в приходе бабушки, которые часть пенсии регулярно приносят в храм. Это копейки, потому что они на копейки живут. И невозможно не взять, потому что будут скорбь, слезы, переживания». Конечно, перед Богом эти старушечьи копейки имеют огромную цену, только, для того чтобы достроить храм, их, к сожалению, недостаточно.
Но молитвы верующих находят отклик в сердцах тех, кто имеет возможности помочь строительству. Главный благотворитель, усилиями которого храм возведен, – бизнесмен и депутат Саратовской областной Думы Сергей Курихин.
Очень помогает храму глава Саратова Олег Грищенко. Ни одну просьбу не оставил без внимания и генеральный директор сети магазинов «Гроздь» Дмитрий Плотников.
«Бывает, просишь помощи, тебя заверяют, что все сделают, но проходит время, и ничего не меняется, – рассказывает отец Нектарий. – С Дмитрием Валентиновичем мы даже знакомы не были, и территориально он к нашему храму никак не привязан, но, когда я обратился к нему, сразу откликнулся. И так было несколько раз. Отзывчивость и обязательность – редкие качества в наше время. Людей, которые перед телекамерами что-то обещали и потом не сделали, гораздо больше. А порой помощь храму превращается в предмет торга. «Я вам денег, а вы меня по телевизору с владыкой покажите». В таких случаях остается только попрощаться».
Святые и святыни
Мне всегда было интересно, как в храмах появляются иконы. Оказалось, у каждой святыни свой путь.
Например, икону блаженной Матроны Московской, которая находится во временном храме, написали саратовские иконописцы, а вот частицу ее мощей в дар для строящегося в Саратове Петропавловского храма передала келейница архимандрита Кирилла (Павлова) – одного из известнейших русских старцев XX столетия, бывшего духовника Троице-Сергиевой лавры. Переданная им частица мощей – своего рода благословение батюшки для саратовцев.
Несколько икон XVIII–XIX веков прибыли в Петропавловский храм из федеральной службы «Росохранкультура». Большую помощь в организации процесса их передачи оказал бывший саратовец, а ныне москвич Владимир Рощин.
Реликвии при различных обстоятельствах были задержаны на границе при попытке незаконно вывезти их из России. Владельцы так и не объявились, и теперь иконы Иоанна Предтечи, святого благоверного князя Александра Невского, мученицы Параскевы Пятницы, святителя Николая Чудотворца, Иоанна Милостивого украсят саратовскую церковь.
Прихожане Петропавловского все эти фактически спасенные иконы еще не видели. Они будут установлены в новом большом храме, когда тот будет достроен. Ну и, конечно, одна из самых любимых, почитаемых святынь (она тоже находится во временном храме) – икона первоверховных апостолов Петра и Павла, в честь которых будет освящен главный придел нового храма.
Мы поднимаемся с отцом Владимиром по высоким бетонным ступеням, проходим через колокольню, совмещенную с основной частью храма. Он построен по типу корабля.
В церкви все символично, даже форма здания имеет значение. Подобно тому, как Ной спасал свой род в бурных волнах потопа в ковчеге, так и Церковь, словно корабль, везет христиан сквозь житейские бури к тихому пристанищу Царства Небесного.
Солнечный свет проникает сквозь щели в кровле, приплясывает на неровностях кирпичной кладки. Пытаюсь представить, каким будет внутреннее убранство храма: величественные и строгие белоснежные стены или красочные росписи сцен Евангельских событий?
«Здесь будет алтарь, тут – придел Спиридона Тримифунтского, а там – придел в честь иконы Божьей Матери «Взыскание Погибших», – рассказывает батюшка. – Хор разместится на балконе, крестильня – в цокольном этаже. Найдется место для трапезной, воскресной школы, библиотеки, свечной лавки, мастерской. И, как видите, средняя часть очень просторная. Верующим уже не придется стоять на улице во время служб, как это происходит сейчас». Пока тишину замершей стройки нарушает лишь щебет птиц, доносящийся через незакрытые проемы окон. Но есть надежда, что скоро эти стены радостно дрогнут от многоголосого «Верую! Во единого Бога Отца, Вседержителя, Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым…».
Кстати, в храме будут применены технологии усиления звука, чтобы молящиеся, стоящие у притвора, слышали, что происходит у алтаря. Такие системы микрофонов и динамиков давно распространены в больших столичных храмах, но для Саратова они в новинку.
Прихожане очень ждут, когда же храм начнет действовать; мечтают дожить до этого счастливого момента. По словам отца Владимира, были планы провести первую литургию на Пасху. Тогда верующие наверняка почувствовали бы себя словно первые христиане, которые молились в пещерах и катакомбах. Обстановка была бы соответствующая. Но не сложилось.
Буду молиться, чтобы встретить здесь следующую Пасху и прийти в Петропавловский храм не как потенциальная прихожанка, а как прихожанка самая настоящая.