предыдущая глава     К оглавлению     следующая глава

Белый ангел

Цетинье

Много на свете есть красивых мест и красивых стран, но Черногория среди них занимает особое положение. Это - горная страна поразительной красоты, и чтобы описать ее, нужно недюжинное перо. Ее горы покоряют своей величавостью и задумчиво-созерцательным видом.

Дорога вьется по склонам, покрытым буком, грабом, а кое-где и зелено-палевой сосной, упорно взбирается все выше и выше, и вот наконец мы достигаем перевала. Дух захватывает от высоты, на которой мы оказались, а еще более - от поистине потрясающей панорамы: перед нами высятся неповторимо прекрасные, первозданные, как бы библейские хребты - они круто падают вниз, образуя глубокие отвесные ущелья, на дне которых серебрятся тонкие ниточки хрустальных потоков; а там, еще дальше, возникают другие серо-скалистые гряды, за ними - еще и еще, и кажется, что этим горным валам нет ни конца, ни края.

В этих неприступных горах нет места для дорог, но дороги все же существуют: с гигантским трудом, метр за метром, люди отвоевали их у скал и горных пород. Дороги поэтому очень узкие - две машины, особенно грузовики, еле-еле могут разъехаться. Едва покинув один тоннель, дорога ныряет в другой - и так без передышки.

- Это единственный наземный путь сообщения между Сербией и Черногорией? - спросил я Предрага.

- Нет, есть и железная дорога, - ответил наш гид.

- Я что-то не приметил.

- Она идет в скалах, лишь изредка вырываясь на белый свет. Строилась много десятков лет, а закончена совсем недавно.

Проехав почти всю Черногорию и почти достигнув Адриатики, мы прибыли в город Цетинье, где находится духовная семинария. У входа нас встретила группа учащихся.

- Ну, что вы нам споете? - спросил отец Владислав.

- Об этом вы легко догадаетесь сами, - ответили ребята.

И верно: мы без особого труда догадались, что семинаристы спели тропарь святителю Петру Цетинскому. А через несколько минут, войдя в храм семинарии, мы прикладывались к честным и цельбоносным мощам святителя. Затем началось вечернее богослужение, и протоиерей Владислав Свешников прочитал акафист святому Иоанну Предтече (его десница покоится в раке святителя Петра). Заключительный стих каждого икоса: «Радуйся, великий Иоанне, пророче и Крестителю Господень» мы пели все вместе - и гости, и хозяева. Это была глубокая соборная молитва, которая наверняка запомнилась всем присутствовавшим.

А потом любезные хозяева познакомили нас с ризницей - это довольно большой музей, в котором мы увидели немало интересного.

В Цетинье у нас осталось много друзей, и мы, конечно же, будем часто вспоминать о них. Наш визит лишь укрепил давние дружеские узы, которые связывали Россию и Черногорию… В прошлом веке две черногорские княжны, Анастасия и Милица, - прибыв в Россию, стали женами Великих князей - Николая Николаевича (младшего) и Петра Николаевича. Напомню, что княжны были дочерями князя Негоша, впоследствии черногорского короля Николая. Тут уместно рассказать об одном историческом факте, который несправедливо забыт и который должен знать каждый русский человек.

На одной из встреч с послами европейских стран (это произошло в середине 80-х годов XIX века) Государь Император Александр III произнес знаменитый тост: «Я пью за здоровье моего единственного друга князя Николая Черногорского!» На другой день эти крылатые слова стали известны всему миру.

В этой истории хочется отметить два важных момента. Во-первых, этот замечательный тост прозвучал не в кругу Царской Семьи, не в кругу близких друзей и единомышленников Царя, а на встрече с известными дипломатами европейских стран, но нашего Государя мало беспокоил тот резонанс, который вызовет этот тост, - Россия в то время была столь велика и могущественна, что Царь мог не обращать внимания на подобные пустяки. И во-вторых, и в прошлом веке, и в настоящем истинные друзья России могли быть только в Сербии и Черногории.

предыдущая глава     К оглавлению     следующая глава