предыдущая глава     К оглавлению     следующая глава

Слово 80. Об изъяснении видов добродетели и о том, какова сила и какое различие каждого из них

/pТелесная добродетель в безмолвии очищает тело от вещественного в нем; а добродетель ума смиряет душу и очищает ее от грубых губительных помышлений, чтобы не ими занималась она страстно, но паче пребывала в созерцании своем. Созерцание сие приближает ее к обнажению ума[1], что называется созерцанием невещественным. И это есть духовная добродетель, ибо это возносит мысль от земного, приближает ее к первому созерцанию Духа, и сосредоточивает мысль в Боге и в созерцании неизглаголанной славы (а это есть возбуждение представлений о величестве естества Божия), и отлучает мысль от мира сего и от ощущения его. Сим-то утверждаемся в оной нам уготованной надежде и удостоверяемся в исполнении ее[2], - и это есть препрение[3], о котором сказал апостол (Гал. 5, 8), т. е. удостоверение, которым ум мысленно приводится в веселие - о обетованной нам надежде. Выслушай же, что значит сие и как бывает то или другое (из сказанного).

/pТелесным житием по Богу называются дела телесные, которые совершаются для очищения плоти добродетельной деятельностью посредством явных дел, которыми человек очищается от плотской нечистоты.

/pЖитие умное есть дело сердца, состоящее в непрестанном помышлении о суде - т. е. о правде Божией и приговорах Божиих,- также в непрестанной молитве сердца и в мысли о Промысле и попечении Божием, частном и общем, об этом мире и в охранении себя от страстей тайных, чтобы не вторглась какая-нибудь из них в область сокровенную и духовную. Все это есть дело сердца; оно-то и называется житием умным. В сем деле жития, называемом душевною деятельностью, сердце утончается, отлучается от общения с противоестественной пагубной жизнью, а потом начинает иногда возбуждаться к тому, чтобы размышлять о видении вещей чувственных, созданных для потребности и возращения тела, и разумевает, как их служением дается сила четырем стихиям в теле.

/pЖитие духовное есть деятельность без участия чувств. Оно описано отцами. Как скоро умы святых приемлют оное, отъемлются от среды созерцание вещественное (ипостасное) и дебелость[4] тела, и созерцание делается уже духовным[5]. Созерцанием вещественным называют тварь первого естества[6], и от сего вещественного созерцания человек удобно возводится к познанию уединенного жития, которое, по ясному истолкованию, есть удивление Богу. Это есть то высокое состояние при наслаждении будущими благами, которое дается в свободе бессмертной жизни, в жизни по воскресении, потому что природа человеческая не перестанет там всегда удивляться Богу, вовсе не имея никакого помышления о тварях; ибо, если бы было что подобное Богу, то ум мог бы подвигнуться к этому: иногда к Богу, иногда - к твари. А так как всякая красота твари в будущем обновлении ниже красоты Божией, то как может ум созерцанием своим отойти от красоты Божией? Итак, что же? Опечалит ли его необходимость умереть, или тягость плоти, или память о родных, или естественная потребность, или бедствия, или препятствия, или неведомое парение, или несовершенство природы, или окружение стихиями, или встреча одного с другим, или уныние, или утомительный телесный труд?

/pНимало. Но хотя все сие и бывает в мире, однако же в то время, когда покрывало страстей снимется с очей ума и узрит он будущую славу, мысль тотчас возносится в восторге. И если б в этой жизни для таких дел[7] не положил Бог предела, сколько именно промедлить в них, и если бы дозволялось это человеку, то во всю свою жизнь он не мог бы уйти оттуда, от созерцания сего, и тем паче (не возможет) там, где нет всего исчисленного выше[8]. Ибо добродетель оная не имеет пределов, и мы самым делом и вещественно[9] войдем внутрь дворов царских, если сподобимся того за житие свое.

/pПосему, как может ум отойти и удалиться от дивного и Божественного оного созерцания и низойти на что-либо иное? Горе нам, что не знаем душ своих, и того, к какому житию мы призваны, и эту жизнь немощи, это состояние живущих, эти скорби мира, и самый мир, пороки его и упокоение его почитаем чем-то значительным.

/pНо, Христе, Единый Всесильный! Блажен… емуже есть заступление его у Тебе; восхождения в сердце своем положи (Пс. 83, 6). Ты, Господи, отвращай лица наши от мира сего к тому, чтобы вожделевать Тебя, пока не увидим, что такое мир, и не перестанем верить тени, как действительности. Вновь сотворив, обнови, Господи, в уме нашем рачение прежде смерти, чтобы в час исхода нашего нам знать, каков был вход и исход наш в мире сем, пока не совершим мы дело, на которое по воле Твоей первоначально мы призваны в жизни сей, и чтобы после сего нам иметь надежду в мысли, исполненной упования,- получить, по обетованию Писаний, великие блага, какие уготовала любовь Твоя во втором воссоздании, память о которых сохраняется верою в таинства.

  1. От всего вещественного.^
  2. 3десь удержан древний славянский перевод, несогласный с греческим текстом.^
  3. Убеждение.^
  4. Грубость.^
  5. В сирийском тексте: «Когда умы святых достигнут созерцания своего естества, исчезает дебелость тела, и потому созерцание делается духовным».^
  6. Душа без тела имеет свою собственную субстанцию; точно так же и тело без души. Но одно без другого не составляет человека, а лишь соединение их обоих образует одну субстанцию человека. Поэтому соединение души с телом называется субстанциональным (вещественным). Под «вещественным созерцанием» св. отец разумеет созерцание души, находящейся в теле. Поэтому они прибавляет, что если устранить это вещественное созерцание и дебелость тела (т. е. вещество тела), то созерцание делается уже духовным: ибо, по удалении души из тела, прекращается созерцание вещественное (т. е. созерцание в теле), и начинается духовное (т. е. созерцание души, обнаженной от тела). Это бывает после смерти, как утверждает ниже св. отец, говоря: «Это есть высокое состояние, какое дается в свободе бессмертной жизни».- Под словами «тварь первого естества», вероятно, разумеется самое создание человеческой природы, которое было первым не по порядку творения, но по достоинству и милости Божией: именно, во время самого создания душа, соединившись с телом вещественно, начала мыслить и созерцать. (Из примечанияк греческому тексту Никифора Феотокиса.)^
  7. Для созерцания Бога.^
  8. Выше исчисленных препятствий.^
  9. Т. е. веществом души.^

предыдущая глава     К оглавлению     следующая глава