Информационно-аналитический портал Саратовской митрополии
 
Найти
12+

+7 960 346 31 04

info-sar@mail.ru

Избранник церковного народа
Просмотров: 857     Комментариев: 0

Архиепископ Саратовский и Петровский Досифей

Волей Божией правящим архиереем Саратовской епархии в первое десятилетие после Октябрьского переворота — в годы Гражданской войны и искусственного насаждения обновленческого раскола — был архиепископ Досифей (Протопопов). Для него самого это означало выход на крестный путь ссылок и тюрем — путь свидетельствования о Христе среди тех, кто стремился снова Его распять. Совершившие захват власти делали всё, чтобы удалить владыку Досифея от реального управления — его высокий духовный авторитет и каноническая власть затрудняли для них насаждение пропаганды безбожия и нечестия.

Дмитрий Протопопов в годы учебы в академииДмитрий Алексеевич Протопопов родился 16 октября 1866 года в семье священника Алексия Протопопова, в селе Мольгино Сычёвского уезда Смоленской губернии. Дмитрий окончил Вяземское духовное училище и поступил в августе 1881 года в Смоленскую духовную семинарию, которую окончил в июле 1887 года по первому разряду. Ректором семинарии при его выпуске был архимандрит Николай (Налимов), впоследствии епископ Саратовский и Царицынский (с 1893 по 1899 год). Дмитрий поступил в Московскую духовную академию, которую окончил 25 июня 1891 года со степенью кандидата богословия, утвержденной митрополитом Московским и Коломенским Иоанникием (Рудневым), управлявшим Саратовской епархией с 1864 по 1873 год. Так протянулась духовная нить, связавшая трех саратовских архипастырей разных лет.

После выпуска юноша 18 июля того же года был определен преподавателем гражданской истории и географии Смоленского женского епархиального училища и проводил по своему предмету 21 урок в неделю. После 93/94 учебного года Дмитрий Алексеевич был рукоположен в сан диакона, а затем — иерея и с 1 июня 1894 года назначен законоучителем 6-классной мужской прогимназии г. Егорьевска Рязанской губернии (ныне город в Московской области). Он был членом хозяйственного комитета прогимназии, Егорьевского отделения училищного совета, товарищем председателя Братства святого великомученика Георгия. Служил в Успенском соборе и Казанской церкви Егорьевска. 24 апреля 1902 года был награжден камилавкой, с 1903 года преподавал Закон Божий в Егорьевской женской гимназии.

Молодая супруга отца Димитрия Олимпиада Ивановна скончалась от чахотки 16 декабря 1900 года, была отпета в соборе и погребена его настоятелем — протоиереем Александром Светловым — на ныне уничтоженном Никитском кладбище Егорьевска.

10 июля 1904 года епископом Рязанским Аркадием (Карпинским) за всенощным бдением в крестовой церкви Архиерейского дома отец Димитрий Протопопов был пострижен в монашество с именем Досифей и причислен к Рязанскому Архиерейскому дому. 25 сентября того же года его назначили смотрителем духовного училища в Раненбурге (ныне Чаплыгин, город в Липецкой области). 19 февраля 1905 года был переведен инспектором в Новгородскую духовную семинарию. Об этом времени вспоминал позднее бывший воспитанник семинарии: «Время, когда епископ Досифей был у нас инспектором, было весьма бурное. <…> Много надо было иметь такта и умения управлять разбушевавшимся морем семинаристов. Преосвященный Досифей сумел сделать это и не только сделал, но и приобрел всеобщую любовь “забастовщиков”, за глаза называвших его всегда “милый Дося”. <…> В своих обращениях с воспитанниками он всегда был ровен и мягок, как человек вкусивший семейной жизни и на самом себе испытавший все прелести вдовства, он хорошо знал душу юноши-подростка и сумел так подойти к ней и расположить к себе, что даже его обличения нас за юношеские пороки не ставились ему в вину, а еще больше возвышали его авторитет… и много способствовало значительному ослаблению пороков и дурных наклонностей. Добродушная улыбка при разговоре и тогда не сходила с лица епископа Досифея».

15 апреля 1906 года он был назначен ректором Смоленской духовной семинарии, которую окончил 19 лет назад, и возведен в сан архимандрита. 14 мая он прибыл в Смоленск и после Литургии в семинарском храме приветствовал учащихся краткой вступительной речью. При архимандрите Досифее открыли читальню для учащихся, для нее отвели особую комнату и приобрели необходимую мебель. Отец Досифей был награжден орденом Святой Анны IIстепени.

В саратовском кафедральном соборе во имя святого благоверного князя Александра Невского будущий исповедник веры 18 января 1909 года был хиротонисан во епископа Вольского, викария Саратовской епархии. В 1913 году временно управлял Уфимской епархией. При владыке Досифее была достроена и освящена Благовещенская церковь при Архиерейском доме в Вольске.

После разрешения Святейшего Синода 14 августа 1917 года был избран епархиальным собранием правящим архиереем Саратовской и Царицынской епархии (получил 248 из 277 голосов делегатов). Это были единственные выборы архиерея за все время существования епархии, они проходили в кафедральном Александро-Невском соборе после Божественной литургии и молебна. После избрания епископ Досифей произнес речь, в которой отметил, что никогда не искал Саратовской кафедры и что власть никогда не прельщала его. «Я откровенно сознаю,— продолжал владыка,— свои немощи и свое недостоинство для занятия Саратовской кафедры, и сначала у меня была мысль отказаться от нее в случае избрания, но затем, подумав, что этим своим поступком я поставлю свою волю выше послушания, я решил предать себя в волю Божию». 25 августа его избрание было утверждено Священным Синодом. По должности правящего архиерея владыка Досифей участвовал в Поместном Соборе Православной Российской Церкви 1917–1918 годов. С 4 октября 1918 года, в связи с образованием Царицынской епархии, стал именоваться епископом Саратовским и Петровским.

После выхода декрета об отделении Церкви от государства и воззвания Патриарха Тихона с призывом верным чадам Церкви встать «на защиту оскорбляемой и угнетаемой ныне святой матери нашей», по примеру столицы, 28 января 1918 года в Саратове прошел всенародный крестный ход, который возглавили епископ Саратовский Досифей и епископ Петровский Дамиан. Верующие прошли от Соборной площади по Немецкой улице — колонна крестного хода растянулась на полтора квартала. Очевидец описывал его так: «блестящие хоругви, множество икон, тысячи людских голов, медленно движущийся, как бы плывущий среди толпы, огромный крест-знамя Братства св. Креста, одушевленное пение народом церковных… песнопений, все это производило неизгладимое, а временами и потрясающее впечатление».

В 1919 году владыка был арестован и провел неделю в концлагере, а затем его заключили на четыре месяца (с 3 июля по 9 октября) в саратовскую тюрьму в качестве заложника. Заложниками оказались также члены Епархиального совета и еще 15 саратовских священников. Священномученики епископ Герман (Косолапов) и иерей Михаил Платонов, а также протоиереи Геннадий Махровский, Андрей Шанский и иерей Олимп Диаконов были расстреляны. Епископ Досифей был освобожден по распоряжению председателя Саргубчека С.С. Лобова.

Во время массового голода 1921–1922 годов епископ Досифей едва ли не первым из архиереев сообщил, что «признаёт вполне возможным выделение части церковной драгоценной утвари как-то: золотых и серебряных сосудов, крестов, риз, венчиков и драгоценных камней с икон, из панагий и пр., для реализации их в помощь голодающим». В начале февраля владыка обратился к благочинным с предложением обсудить этот вопрос. 23 февраля 1922 года последовало обращение архипастыря к верующим о пожертвовании части церковных ценностей в фонд помощи голодающим.

Однако несмотря на то, что в ходе кампании по изъятию ценностей сопротивления оказано не было, в апреле 1922 года правящий архиерей Саратовской епархии был привлечен к следствию, начатому Саратовским губотделом ГПУ. Групповое дело возникло в связи с тем, что ГубЧК была перехвачена посланная епископом Досифеем Патриарху Тихону в апреле 1921 года заказным письмом по почте апелляционная жалоба С.М. Казакова по его бракоразводному делу. Это дало повод ГПУ обвинить епископа и сотрудников его канцелярии в нарушении декрета об отделении Церкви от государства.

Вскоре добавились и политические обвинения: 9 июня 1922 года владыка Досифей был обвинен в «умышленном отмалчивании в процессе изъятия церковных ценностей, в противной информации о таковом подведомственного ему духовенства, в солидарности с контрреволюционным воззванием Патриарха и недаче руководящих нитей по епархии в пользу изъятия». Первоначально он находился под домашним арестом в Архиерейском доме, а спустя несколько дней был переведен в саратовскую тюрьму. После 15 июня семь обвиняемых были освобождены под подписку о невыезде, а епископ Досифей 17 июня был помещен в Саратовский губисправдом.

После ареста правящего архиерея при поддержке большевиков было организовано обновленческое «Временное управление Саратовской Церкви». 14 сентября ввиду ходатайств коллективов верующих епископу Досифею была изменена мера пресечения: владыку освободили из-под стражи «на поруки» приходских общин кафедрального собора и крестовой церкви. Но 24 октября при содействии представителей «Живой церкви» последовал новый арест архипастыря.

В феврале 1923 года епископ Досифей привлекался в качестве свидетеля по делу Святейшего Патриарха Тихона и для этого был переведен на время в Москву, в Бутырскую тюрьму. В том же году он был осужден Саратовским губернским ревтрибуналом на пять лет лишения свободы. Отбывал срок в Томском округе. В заключении не терял силы духа. Он писал из Сибири в Саратов протоиерею Михаилу Сошественскому: «Со Господом и в тюрьме хорошо, и на этапе, и в ссылке... Около сотни епископов в ссылке или в тюрьме, но благодушны, а отступники на свободе мятутся, внутренне мучаясь, переходят из града во град, ища себе чад, но не находят, ибо сами они перестали быть чадами Святой Православной Церкви». Клирику крестовой церкви архимандриту Евфимию владыка Досифей писал: «Тюрьма, этап и ссылка не поколебали меня в моем исповедании истины Христовой… Меня удалили, нас разделили, но нет такой силы, которая могла бы вырвать из моего сердца любовь к моей пастве. Я молюсь, горячо молюсь о ней».

Епископ Досифей был освобожден досрочно, 6 марта 1926 года вернулся к управлению Саратовской епархией, а в начале 1927 года он упоминается в сане архиепископа. В феврале того же года владыка был приговорен к трем годам ссылки и 27 октября уволен на покой. По некоторым данным, отбывал ссылку в городе Прикумске (ныне Буденновск). В январе 1929 года пребывал в Покровске (ныне Энгельс). Тогда же в связи с заявлениями сторонников григорианского раскола о присоединении архиепископа Досифея к ним он обратился к саратовскому митрополиту Серафиму (Александрову) с письмом, в котором заявил, что «григорианство положило в основание ложь, обман, и из лжи и обмана ничего доброго не может произрасти». Он призвал отделившихся от Церкви по самолюбию или расчету, если им дорого спасение, одуматься и вернуться в лоно православия.

В 1930 году владыка Досифей проживал в Саратове, в доме митрополита Серафима, и приходил на молитву в Духосошественский собор. По воспоминаниям очевидцев, после захвата храма обновленцами он призвал православных прихожан не ходить на службы, в результате чего собор простоял пустым до покаяния его клириков в расколе. В 1934 году был награжден правом ношения креста на клобуке.

Архиепископ Досифей, как в период управления епархией, так и в преклонном возрасте, пользовался большим уважением и любовью верующих. Но в последние годы жизни он был лишен средств к существованию, страдал хронической глухотой. При своей обычной болезненной слабости незадолго до кончины он чувствовал себя сравнительно бодро и даже отпел у себя дома свою 85-летнюю сестру Марию. Скончался от паралича сердца 25 марта 1942 года в 11 часов вечера.  Гражданские власти, констатировавшие смерть, выдали пасхальное облачение для погребения тела, которое на машине было перевезено на Воскресенское кладбище и предано там земле протоиереем Николаем Чуковым, впоследствии митрополитом Ленинградским, при очень большом стечении верующих. Известны случаи благодатной помощи Божией после молитвы у места погребения архиепископа Досифея.

Древний, полный святынь кафедральный Александро-Невский собор, в котором звучало «Аксиос» в честь избрания епископа Досифея на Саратовскую кафедру, сровняли с землей. Священники, которых он ставил в священный сан и которые ему сослужили, лишались земной жизни за веру Христову. Последний его преемник — епископ Саратовский Вениамин (Иванов) — был расстрелян в 1937 году. В его епархии, в которой было свыше восьми сотен храмов, на момент кончины владыки не осталось ни одного действующего. Всю эту боль вместило в себя сердце архиепископа Досифея, и тем не менее это не сломило его молитву и веру в Промысл Божий — на него смотрели христиане довоенной поры и брали пример душевного терпения и духовного мужества. Недаром его многолюдное погребение стало, в условиях закрытия всех храмов, центром общей церковной молитвы и торжеством веры Христовой, а к Сергиеву дню того же года христианам был возвращен старейший в Саратове Свято-Троицкий собор.

[Подготовил Валерий Теплов]