Информационно-аналитический портал Саратовской митрополии
 
Найти
12+

+7 960 346 31 04

info-sar@mail.ru

Чтобы душа стремилась к Небу
Просмотров: 352     Комментариев: 0

Моя свекровь, простая деревенская женщина, называла понравившийся ей фильм «отдыхающим». Уставшей после рабочего дня и домашних дел женщине хотелось просто отдохнуть у телевизора, посмотреть что-то незатейливое. Я знала пожилую женщину, которая очень боялась умереть, не узнав, чем закончится бесконечный сериал «Санта Барбара», который смотрела и горячо обсуждала вся страна в течении десяти лет, не зря эти сериалы называли «мыльными операми».  Но есть другое кино, способное перевернуть душу, проникнуть в просторы вашего сердца и навсегда остаться в нем. Для меня такой картиной в юности стал «Гамлет» с величайшим русским актером И. Смоктуновским в главной роли. Выйдя из кинотеатра, я долго рыдала, спрятавшись за газетным киоском.  Жалко было принца датского, но, наверное, было ещё потрясение от настоящего искусства. Спустя много лет такой же шок испытала, впервые посмотрев   картины выдающегося мастера авторского кино шведского режиссера Ингмара Бергмана, одного из самых сложных художников в истории кинематографа.   

Поиск ответов и борьба с внутренними демонами        

Все творчество Бергмана – это наблюдение за болезненным, хрупким, изменчивым миром   и человеком с движениями его обнаженной души, которые и фиксирует режиссёр на экране.     Бергмана часто сравнивают с Тарковским и Достоевским.   Это действительно один из немногих режиссеров, возможно, один единственный в мировом кинематографе, кто сказал о человеческой натуре столько же, сколько Достоевский в литературе. Основное препятствие, мешающее смотреть Бергмана сегодня, заключается в том, что его фильмы кажутся мрачными, депрессивными, безрадостными. Тоски в фильмах Бергмана действительно достаточно, но еще в них много жизнелюбия и желания разобраться в том, как устроено мироздание и душа человека с её страстями и поисками истины. Фильмы Бергмана полны автобиографических сюжетов и деталей.

Детство режиссёра было суровым, отец, протестанский священник, жестоко наказывал и унижал детей за малейший проступок.  Для матери Ингмар был нежеланным ребенком, по его словам, он был «зачат в холодном чреве».  Кино для Бергмана стало способом самовыражения, поиском ответов на терзающие вопросы и инструментом для борьбы с внутренними демонами.

«Нескончаемый диалог с Создателем»

Герой картины с библейским названием «Седьмая печать» средневековый Рыцарь играет в шахматы со Смертью, пытаясь отсрочить свою смерть и увидеть доказательства существования Бога при жизни. Шахматный поединок происходит на фоне охваченной чумой Европы. В картине режиссер задаётся вопросом, как живут и какими ценностями руководствуются люди, которые знают, что каждый день за углом их поджидает смерть. Несчастный, одинокий, измученный долгими скитаниями странствующий Рыцарь, потерявший всякую надежду на счастье, жаждет Бога, но видит пустые Небеса.  Однако каким-то непостижимым внутренним чувством понимает, что без Бога жизнь теряет всякий смысл:  «Почему я не могу увидеть в себе Бога, что станет с теми, кто жаждет Его увидеть и не может? Хочу, чтобы Бог протянул мне Свою длань и заговорил со мной. Если Бога нет, то жизнь невыносимый ужас. Невозможно жить, сознавая, что все тщетно и впереди только смерть».

Что это, как ни мучительный, полный сомнений и духовных терзаний путь ко Творцу самого Бергмана? Вспоминая о работе над фильмом «Седьмая печать», Ингмар Бергман писал: «Я верю, что человек несёт свою святость с ложью в пределах царства земли. В фильме живет остаток моего честного детского благочестия, мирно лежащий рядом с резким и рациональным восприятием реальности». «Лучшим на земле» назвал этот фильм Алексей Герман, режиссер как-то признался, что сам обрёл веру после просмотров фильмов Бергмана.  Другой советский   кинорежиссёр Александр Сокуров так отозвался о гениальном мастере: «Бергман представляется мне художником глубоко религиозным. И все его творчество – это нескончаемый диалог с Создателем».

Трудно рассуждать о религиозности Бергмана, он, как и его фильмы, парадоксален и противоречив. Мне кажется, Бергман, никогда не сомневался  в существовании Творца, но было в нём отчаяние от невозможности понять устройство мира и места в нём человека.

Образ потерянного рая

«Земляничная поляна» — это тоже фильм о смерти, фильм-путешествие по своей жизни, которая подходит к финалу.  Земляничная поляна – образ счастья, полноты жизни, потерянного рая. Это некий символ, место, или событие, которое должно быть в жизни каждого человека, и у каждого оно своё.  По сюжету 78-летний профессор Исак Борг едет через всю страну, из Стокгольма в Лунд, чтобы получить почетную премию, а по пути у него происходят встречи с разными людьми, он вспоминает детство и юность, первую любовь, рождение детей и т.д.    Мы видим всю жизнь Борга,  проникаем в его сны, как будто отматывается  пленка назад, в прошлое.  Человек перед лицом смерти осмысливает прожитую жизнь, свои поступки, наступает раскаяние, искупление, преображение героя.  Мое знакомство с творчеством Бергмана началось именно с этой картины, её можно пересматривать вновь и вновь, замечать ускользнувшие детали, реплики. Безусловный шедевр, философская притча, один из величайших фильмов за мировую историю.

Воспоминания непростого детства, жестокость отца и холодность матери оставили глубокий психологический след в душе Бергмана, и в каждой своей картине и её персонажах он говорит о себе и об отце с матерью.  Священники в его картинах – это чаще всего пасторы, потерявшие истинную веру. Пример тому фильм «Причастие», рассказывающий о священнике, который механически проповедует своей пастве то, во что сам уже давно не верит.   После смерти жены, которая поддерживала в нем веру, он потерял смысл своего служения. «Какой абсурдный образ!» — говорит он, смотря на распятие. Через тяжелую хладность и пустоту, духовные терзания в конце фильма он все же сможет сказать Богу: «Свят, свят, свят, Всемогущий Боже, исполнены Небо и земля славы Твоей».

Душа должна трудиться

Знакомство с искусством Бергмана многие советуют начинать с картины «Осенняя соната», где внятным языком режиссер рассказывает трагическую историю взаимоотношений матери и дочери, предельно обостряя все семейные конфликты. Пожилая пианистка Шар­лотта и ее взрослая дочь Ева, жена пастора, семь лет были в ссоре и не виде­лись. Ева решает сделать первый шаг и приглашает мать к себе в глухую дерев­ню. Шарлотта не подозревает, что ее ждет сюрприз: Ева забрала из клиники парализованную младшую сестру, которую мать фактически там бросила. Шар­лот­та не рада встрече, хотя и пытается изобразить радость.   А еще ее раз­бирает злость: старшая дочь фактически заменила младшей исчезнув­шую мать, и невинное приглашение провести небольшой отпуск в деревне по факту оказалось повесткой в суд. Суд совести. Смысл картины в словах самого режиссёра: «Ненависть сцементировалась: дочь не может простить мать, мать не может простить дочь. Прощение – в руках больной девочки».

Вообще тема семьи, супружеской жизни привлекала художника, и ему было, что сказать в своих картинах,–   в памяти печальный опыт безрадостного детства. Бергман был пять раз женат, у него было девять детей. Почти все его дети занимались искусством, стали художниками, режиссерами, музыкантами.  И все-таки главным в его жизни было кино. Ингмар Бергман был необычайно плодовит, он снял 60 фильмов, и каждая картина становилась событием в мировом кинематографе, ни одна    не остался без награды.

За двадцать лет до смерти Бергман уединился на своей вилле и больше ничего не снимал. Все, что он хотел сказать миру, было сказано в его картинах. Бергман навсегда останется в истории кино как человек, не боявшийся говорить о Боге, показывать сложные отношения людей,  познавать бездну человеческой души.

Известной ученой Татьяне Черниговской принадлежат слова: «Чтобы поддерживать мозг в рабочем состоянии, надо читать сложные книги, слушать великую музыку, смотреть великие фильмы». Тоже самое надо делать, чтобы в рабочем состоянии была душа, чтобы очищалась, преображалась  и всегда стремилась к Небу.

«Православное Заволжье»