Информационно-аналитический портал Саратовской митрополии
 
Найти
12+

+7 960 346 31 04

info-sar@mail.ru

Церковь выходит в мир
Просмотров: 2869     Комментариев: 0

Активная гражданская позиция, общественное влияние, социальная ответственность… Эти понятия достаточно привычны для нас ― но в последнее время все чаще и чаще они идут в контексте деятельности Русской Православной Церкви, то есть структуры, до недавнего времени полностью вынесенной за социальные рамки. В преддверии главного праздника православных христиан ― Пасхи ― наш разговор с Епископом Саратовским о Вольским Лонгином о событиях дней минувших и сегодняшних.

Епископ Саратовский и Вольский Лонгин― В нынешнем году исполняется 90 лет с тех пор, как Россия прошла судьбоносный рубеж 1918 года. В Православной Церкви прославлены тысячи святых ― новомучеников и исповедников Российских. Есть ли среди них наши земляки?

― Огромное количество верующих жителей Саратовской области отдали жизнь за Христа, особенно в первые месяцы новой богоборческой власти. Мы знаем, что именно в Саратове проходил один из первых антицерковных судебных процессов, инициированный "самим" Троцким. Но к сегодняшнему дню канонизированы и прославлены пока только пять саратовских новомучеников: епископ Герман, пресвитеры Михаил, Дионисий, Иоанн и Косма Саратовские. Эта работа в епархии только начата. Если в начале 90-х годов архивы ФСБ были открыты максимально возможным образом, то после принятия нового закона об архивном деле с ними стало работать намного сложнее. Все же нам удалось достигнуть взаимопонимания с этой структурой и ведется работа по канонизации еще нескольких десятков саратовских новомучеников. Но не надо забывать, что сонм новомучеников и исповедников Российских, которых сегодня канонизировано уже более 2 тысяч, этим числом не исчерпывается ― это лишь вершина кровавого айсберга. А сколько имен нам так и не суждено узнать ― ведь огромное количество людей расстреливалось без суда и следствия. Саратовская область не была исключением. Более того, здесь очень всерьез восприняли "безбожную пятилетку", когда была поставлена задача, чтобы через пять лет в стране не осталось ни одного храма. И в Саратовской области это получилось: к 1941 году на ее территории не было ни одной действующей церкви, в то время как в других областях все же по 1-2 сохранили. Так что мучеников за Христа на саратовской земле было не меньше, чем в других областях.

― Считается, что именно в советский период наша страна отошла от Православия. Но вот в воспоминаниях о святом Иоанне Кронштадтском можно прочитать, что ему пришлось сделать замечание студенту… прикуривавшему в храме от лампады. А Патриарх Тихон причиной кровавой смуты называл отхождение народа от веры именно в предреволюционные годы. К какой степени воцерковления должен вернуться наш народ? Был ли в истории нашей страны период, который в этом отношении можно считать идеальным?

― Эта очень большая тема, о которой можно говорить долго. В истории России я бы выделил два относительно благополучных периода: время правления Александра III и период столыпинских реформ. Я как раз сейчас читаю "Красное колесо" А.И. Солженицына, где эти события анализируются. Удивительная, глубокая книга, в которой дана очень точная оценка того, что случилось с нашей страной. Оглядываясь назад, мы видим православную державу, мощь, стабильность верующий народ. Но сквозь толщу этого благополучия прорастали те проблемы, которые и привели к последующему кризису. Удивительная, страшная тенденция ― в среде российской интеллигенции на рубеже XIX-XX веков гражданская порядочность приравнивалась ненависти к правительству и желанию скорейшей революции, причем революционность была связана с атеизмом ― поскольку Церковь была одним из устоев государственности, и с ней предполагалось бороться до последнего.

Если вспомнить того же Иоанна Кронштадского, то в это время он в своих проповедях обличал недостаточную решимость и твердость власти, и, обращаясь к народу, предрекал, что православный царь отнимется от него, и будут посланы жестокие немилосердные правители, которые зальют землю кровью. И мы видим, что его слова исполнились буквально, причем на протяжении жизни одного поколения ― тех, кто мог слышать эти проповеди. Но сегодня, восстанавливая церковную жизнь в нашей стране, мы не имеем права копировать то, что было когда-то. Ничего не надо "брать за образец", тем более, что эти образцы теперь нам известны только по литературе, по воспоминаниям, а насколько разными могут быть литература и воспоминания об одном и том же времени, можно судить, если поставить рядом и читать попеременно две книги ― "Пошехонскую старину" М. Салтыкова-Щедрина и "Лето Господне" И. Шмелева. Не надо пытаться вернуть то, что ушло ― поддевки, сарафаны, смазные сапоги. Надо ждать, когда Господь даст те формы церковной жизни, которые адекватны сегодняшнему дню. И стремиться к тому, чтобы вся жизнь наша, все поступки были проникнуты духом Евангелия. Вот оно ― вне времени.

― А как в современных условиях совместить рабочий режим с режимом богослужений?

― Когда я был приходским священником в Москве, это был постоянно задаваемый вопрос, ведь сегодняшние прихожане ― в основном люди не пенсионного возраста. Да и Москва такой город, что, пока до храма доедешь, служба уже и кончится. Что ж ― брали благословение и читали каноны или акафисты дома, а если какой-то большой праздник ― на работе отпрашивались. Все мы понимаем, что жизнь в миру и монастырский устав ― это разные вещи, все службы посещать невозможно. Иной раз, даже если душа рвется в храм, не пойти на службу, выполняя свои обязанности по работе или по дому, может быть, до некоторой степени, духовным упражнением. Так что в принципе всегда можно найти выход из положения и получить духовную пользу.

― Сегодня в храмы пришло новое поколение священнослужителей. Отличается ли оно от "старого" духовенства, для которого выбор этого пути сопровождался "диссидентством" в семье и в обществе?

― Действительно, прийти в храм тогда было актом гражданского мужества ― точно так же, как и поступить в семинарию. Только в 1985 году ректор Московской духовной семинарии Архиепископ Александр (впоследствии он управлял Саратовской епархией в 1995-2003 гг.) впервые получил разрешение на прием абитуриентов с высшим образованием. Я был в их числе, нас зачислили сразу на второй курс. И для каждого было совершено ясно, что, если что-то случится, несмотря на имеющиеся дипломы различных вузов, кроме как на место сторожа, истопника или дворника никто из нас уже рассчитывать не может. Человек, решивший посвятить свою жизнь служению Церкви, просто выпадал из социума. И мы действительно сравниваем сейчас, и до смерти будем сравнивать, и воспринимать радость разрешенного: радость находиться в храме, проповедовать о Боге. Наверное, молодые в полной мере оценить эту радость не могут, поскольку нельзя оценить то, что не досталось путем тяжкого выбора, через препятствия.

― В заключение ― вопрос о богатстве, поскольку Церковь его сама же и подняла. Богатство ― награда или искушение? Может ли богатый быть хороший христианином?

― Не соглашусь с тем, что Церковь этот вопрос подняла ― он из разряда вечных. Церковь просто вывела его из "кухонного формата" и инициировала дискуссию. Конечно, никто не обольщается, что после этого пойдут вереницы кающихся олигархов, но дискуссия способствует формированию общественного мнения. Может ли быть богатый быть хорошим христианином? Нельзя ответить "в общем", поскольку каждый человек существует в развитии. Богатый человек может быть христианином, но чем более хорошим христианином он будет, тем скорее перестанет быть богатым, потому что просто не сможет равнодушно смотреть на то, что рядом люди голодают, кому-то негде жить, что есть сироты, о которых просто некому заботиться. Святитель Иоанн Златоуст, обращаясь к богатым, говорил, что Бог дал тебе богатство для того, чтобы ты распорядился им так, как Он этого хочет.

Издание "Общая газета. РУ. Регион 64" № 6 (07), 2 апреля 2007 г.