Информационно-аналитический портал Саратовской митрополии
 
Найти
12+

+7 960 346 31 04

info-sar@mail.ru

Бога славят не голосом, а сердцем
Просмотров: 469     Комментариев: 0

В селе Стригай Базарно-Карабулакского района два православных храма — Покровский и Никольский. Храм во имя святителя Николая Чудотворца, построенный в 1907 году, долгое время пребывал в состоянии заросших бурьяном и кустарником руин. Но сейчас он уже не таков: благодаря настоятелю Свято-Ильинского храма Саратова иерею Дионисию Каменщикову, сплотившейся вокруг него бригаде добровольцев и сотням жертвователей церковь постепенно возвращается к достойному состоянию. А сейчас мы с вами пойдем в другую стригайскую церковь, ту, что освящена в честь Покрова Пресвятой Богородицы.

Покровский храм села Стригай расположен в бывшем жилом доме — деньги на его покупку собирали всем селом. Убранство скромно, много старых, сохраненных верующими икон из разрушенных храмов. Приход тает: за последние пятнадцать лет отцу настоятелю многих пришлось отпеть.

А вот, кстати, и настоятель, протоиерей Валерий Коротеев — подъезжает к храму на стареньких «Жигулях». Вошел, благословил нас — и мы в поле его любви… Только вот о себе рассказывать отец Валерий не любит: «Ну что вы во мне такого необычного нашли?». Еле уговорили дать интервью. А необычного… Не знаю, может быть, и впрямь, ничего — просто долгой оказалась дорога человека к тому, что изначально было ему нужно, ради чего он и родился на свет, и не оставил человека на этой дороге Господь, как никого не оставляет на самом деле.

Протоиерей Валерий Коротеев родился в победном 1945-м, крестился в 44 года — вместе со взрослой уже дочерью; диаконом стал в 52, священником — в 53 года. Настоятелем служит в Стригае и в соседней Вязовке — там, по его словам, народу тоже не прибавляется.

Прошу рассказать о детстве. Оказывается, отец Валерий родом из степного Оренбуржья, вырос в обычной семье — отец служащий, мама домохозяйка; был младшим из пяти братьев, сейчас из пяти живы двое. Церкви в селе не было — вместо нее была бабушка Надежда. Она неустанно молилась за всех.

— В воскресенье, помню, полдень уже — а она все в своей комнатке маленькой поклоны бьет, — вспоминает батюшка. — У нее и икон-то почти не было: крест был, Казанский образ и маленькая бумажная иконка святителя Николая. И когда мы, бывало, посмеивались над ней, она говорила: «За вас, окаянных, молюсь». Я до седых волос дожил, и только тогда понял: ведь пока она молилась, все в семье было нормально, а когда она умерла, вслед за нею вскоре ушла и мама, и на семью обрушились несчастья.

Окончив Саратовский авиационный техникум, Валерий получил направление на профильное предприятие в Куйбышев (Самару), оттуда ушел в армию, а отслужив, вернулся в полюбившийся Саратов. Здесь встретил свою судьбу — Маргариту Федоровну, о которой говорит сегодня с огромным уважением:

Покровский храм села Стригай— Матушка — моя первая помощница, она и регент, и уставщица, и миссионер. Много лет работала в семинарии, преподавала французский язык, а теперь служит здесь, со мною, в селе. Когда меня взяли в храм алтарником, зарплата моя упала в несколько раз. Как нам трудно бывало порой! Я ничего в дом принести не мог — ни денег, ни продуктов. И моя жена ни разу меня не упрекнула. Однажды, помню, пили мы чай с сахаром, ничего другого не было, и она говорит: «Как я хочу шоколадку!». И в тот же вечер ко мне в церкви подошла женщина и протянула мне шоколадку. Я домой принес и говорю: «Вот тебе от Богородицы гостинец».

Эти трудные времена наступили уже после того, как мой собеседник оставил мирскую работу и связал свою жизнь со служением в Церкви; ранее он летал на вахты в Сургут и очень даже неплохо по тем временам зарабатывал. Но среда там была чуждой, и в какой-то момент эта чуждость стала невыносима душе:

— Мужской коллектив, вы понимаете: сквернословие, о женщинах разговоры, о водке…

Вернувшись в Саратов, он пришел к священнику с вопросами: где мое место в этом мире? Как мне дальше жить?

Свято-Никольский храм села Стригай до начала основных работ по восстановлениюГлавные ориентиры у моего собеседника к тому моменту уже были. Он, как уже сказано, крестился — вместе с дочерью Оксаной, будучи на отдыхе, на юге, подальше от Саратова, чтоб не сообщили на работу; а в 90‑х годах они с женой стали открыто ходить в церковь, исповедовались, причащались и обвенчались — священник посоветовал дело это не откладывать:

— И я сразу подумал: правда, я же на самолете в Сургут летаю, мало ли что…

Но как же нелегко было при всем этом сделать решающий выбор — да еще в трудные, непредсказуемые годы!.. Даже дочка, студентка, спрашивала: «Папа, а как же мы будем теперь жить?».

— И я подумал: может быть, мне еще раз в Сургут слетать, а потом уволиться? Но тогда же и понял: коли решил ты служить Церкви — значит, все. Двум господам служить не получится. Господь не оставил. Жена стала давать частные уроки. Основной груз содержания семьи перешел на нее, и на долгое время.

— Отец Валерий, Вы сейчас говорите о пути духовном — что оказалось самым трудным на нем, что самым радостным?

— Господь показывал мне все, что я должен был увидеть, и отвечал на все мои вопросы. Примеров много, тьма. Они кажутся мелкими, эти примеры, но через них Господь объясняет нам все, что нужно. Ты где-то слукавил — и это тебе обязательно боком выйдет. Ты кому-то помог, а потом вдруг начинаешь жалеть о том, что отдал, думаешь: надо было поменьше ему отдать. И — обязательно потеряешь еще больше. Ты просишь: «Господи, пошли мне смирение» — и не понимаешь, что Господь тебе уже все для этого послал, только ты не смиряешься никак. Сущность человеческая непредсказуема. Любой грех может проявиться. Иногда думают, что священники какие-то особенные люди, семьи у них особые… Такие же мы люди, как все. И дети у нас такие же, те же с ними проблемы, трудности. Всем в этой жизни трудно, но Господь не оставит никого.

На молебне с волонтерамиОчень важную роль в жизни моего собеседника сыграл архимандрит Богдан (Балденков), насельник Почаевской Свято-Успенской лавры, впоследствии, в схиме, — схиархимандрит Тихон. Когда он благословил Валерия оставить мирскую работу и всецело предать себя Церкви, тот смутился:

— Батюшка, да у меня и голоса-то нет.

— Валерий, Бога славят не голосом, а сердцем.

В Стригае отцу Валерию — немолодому уже человеку, но совсем молодому тогда священнику — пришлось все начинать с нуля. Это был 1999 год. Возможности восстановить полуразрушенный Свято-Никольский храм отец Валерий не видел. Обустраивать церковь нужно было в каком-то из домов, но где взять деньги, чтобы этот дом купить? А где жить им самим с матушкой? Но Господь действительно не оставил. Сразу появились энергичные помощники из местных, собрали деньги, купили старый дом, собрали по домам иконы («Село-то у нас всегда верующее было!» — говорит самая энергичная из батюшкиных помощниц, 88-летняя Наталья Михайловна Талалова). Жертвователи — местные предприятия — могли помочь только продукцией — скажем, овощными консервами. Верующие стригайцы брали и такие дары и с успехом обращали их в деньги для прихода. Наряду с этим прихожане учились петь, читать на клиросе…

И все это время отец Валерий с болью смотрел на старый полуразрушенный Никольский храм:

— Мы по праздникам к нему от нашего Покровского храма крестными ходами ходили. Расчищали его, как могли, выкашивали траву. Ничего больше не могли сделать — средств не было. Но настал час — и Господь послал строителей, благословил их. Бог никогда не оставляет любящих Его.

Тающая Покровская община собрала на возрождение храма во имя святителя Николая почти 80 тысяч рублей. И теперь седовласый отец Валерий всегда рядом с отцом Дионисием, годящимся ему в сыновья. Они вместе совершают молебны в стенах старой стригайской церкви. И все, кто приезжает помогать отцу Дионисию и его команде, находят у отца Валерия самый теплый прием и всяческую заботу.

Газета «Православная вера», № 16 (708), август 2022 г.

Комментарии:

нет комментариев

ВЫ МОЖЕТЕ ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ:

Отправляя данную форму, я даю согласие на обработку моих персональных данных в соответствии с политикой обработки ПД.