+7 (8452) 23 04 38

+7 (8452) 23 77 23

info-sar@mail.ru

Информационно-аналитический портал Саратовской и Вольской Епархии
По благословению Митрополита Саратовского и Вольского Лонгина.
Русская Православная Церковь Московского Патриархата
Найти
12+
Сложная ситуация проясняется именно в диалоге
Просмотров: 1570     Комментариев: 0

Говорить или молчать? Вмешиваться в возникший спор, во вспыхнувшую вдруг полемику или проигнорировать ее? Как призваны мы решать для себя этот вопрос, коль уж мы христиане? Есть ли на этот случай техника духовной безопасности, и если да, то какие ее правила необходимо соблюдать? Об этом — главный редактор нашего журнала игумен Нектарий (Морозов).

Если говорить о главном принципе выбора — говорить или молчать, участвовать в возникшем споре или игнорировать его, то, наверное, нужно смотреть, насколько эта дискуссия (полемика) реальна; точно ли, что она имеет под собой почву. Бывают ведь дискуссии, которые явно носят искусственный характер, намеренно спровоцированы. Мы понимаем, какие фабрики троллей существуют в Интернете; сколько людей живет тем, что привлекает к себе общественное внимание, шокируя, эпатируя окружающих, профессионально программируя конфликт, скандал. Им непременно надо, чтоб не только по прямой пришелся удар, но и по кривой, чтоб и сюда ударило, и там отскочило, и тех задело, и этих…

Вот сейчас обсуждается вопрос о домогательствах. Мне кажется, что здесь в принципе не может быть дискуссии. Почему? Разве может быть какое-то сомнение в том, что сексуальное домогательство — это плохо? Если мы обсуждаем, плохо это или хорошо, то это вообще вопрос сохранения нравственности. А если мы обсуждаем, плохо или хорошо, что на это нет должной реакции, то это вопрос совершенно другой плоскости. Но, как только мы возьмемся обсуждать его в этой плоскости, тотчас же наступим на грабли, потому что непонятно, о чем мы вообще говорим. Ведь мы не знаем, имели ли место домогательства в конкретном случае. Мы не можем это узнать в точности, ведь это не пожар в Кемерово, который явно был, и не может оставаться в этом никаких сомнений. Когда же мы говорим о том, чего наверняка не знаем, то каждое наше слово в конечном итоге может быть обращено против нас. Причем если это говорит священник, то неважно, как частное лицо он это говорит или как представитель Церкви. В итоге мы все окажемся в двусмысленном положении, нас будут бить и слева и справа. И плюс к этому мы можем оттолкнуть людей от Церкви.

Поэтому мы должны говорить только в тех ситуациях, когда нет риска ошибки, провокации, использования наших слов в чьих-то интересах. Или когда есть необходимость сказать слово, невзирая на все сопряженные с этим страхи, сомнения, колебания, потому что этого требует наш христианский долг. А когда долг требует — это каждый человек все-таки определяет для себя сам.

Постоянно идут дискуссии на насущные темы церковной жизни: надо ли исповедоваться перед каждым Причащением, как часто надо причащаться, в каких случаях священник имеет право до Чаши не допустить и тому подобное. Я считаю, что обсуждать эти вопросы, безусловно, нужно: здесь есть что обсуждать, есть предмет. Что же касается событий, происходящих на стыке церковной, общественной и государственной жизни, — участвовать в их обсуждении нужно лишь тогда, когда ты обладаешь достаточной информацией; когда ты уверен, что слово, сказанное тобой, хотя бы кому-то принесет пользу.

В то же время в тех сложных конфликтных ситуациях, которые возникают в церковной жизни и обсуждаются за пределами Церкви, мы не должны бояться полемики. Если мы в силах участвовать в обсуждении, сказать свое слово, то это наш долг. Особенно это необходимо в тех случаях, когда ты видишь, что возникшее обсуждение оставляет за своими рамками Евангелие; что спорящие забыли о Христе. Если ты можешь им о Нем напомнить, то, наверное, есть смысл это сделать.

В некоторых случаях промолчать — предательство. Помните песню Александра Галича: «Промолчи — попадешь в палачи». То есть окажешься соучастником несправедливости. Когда бьют человека, который ничего плохого не сделал, который виноват, может быть, только в том, что высказал непопулярную, неудобную точку зрения, а мы его не защищаем, не вмешиваемся — мы встаем в один ряд с теми, кто спокойно взирал на то, как били Христа. И от этого никуда не уйти, потому что Господь сказал: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне (Мф. 25, 40).

Бывают в церковной жизни и такие ситуации, когда уже сама истина в подлинном смысле слова находится в поругании. Весь вопрос в том, знает ли человек, что есть истина и что есть поругание. Это вопрос его христианского развития. Сколько народу подчас бьется с какими-то вещами, в которых нет никакой угрозы Православию и его чистоте. И не замечает чего-то, действительно всерьез тревожащего. Например, ситуация с небезызвестным протоиереем Владимиром Головиным. Долгое время ведь никто не замечал, что он вытворяет с людьми, с Православием, с Церковью. Наконец, появилась какая-то реакция: выступление протоиерея Александра Новопашина на Рождественских чтениях (полностью с ним согласен), публикации — его и Александра Дворкина. Я был этому рад, но сам долгое время не включался в обсуждение, а когда включился — комментирование на моей страничке в «Фейсбуке» не прекращалось недели три. И я увидел все наглядно, и мне стало понятно, почему столько людей оказалось под влиянием этого глубоко обольщенного (если не помешанного) человека. Некоторые люди, которых я знаю лет двадцать уже, удалили меня из числа друзей — именно потому, что я присоединился к тем, кто считает деятельность отца Владимира Головина не имеющей ничего общего с христианством. И я мог сделать вывод о том, для какого процента людей, числящих себя православными христианами, христианство — это не то, что оно есть, а то, что они сами себе придумали. И дело, конечно, не в Головине — таких Головиных может быть много; проблема в людях, в том состоянии, в котором они находятся. Это прямой путь к апокалипсису, к антихристу. Надо ли об этом говорить? Конечно, надо. Ругаться, спорить, обличать кого-то смысла нет. Но здравый голос должен прозвучать, здравый смысл должен возвещаться. Люди должны понять, что спасение — не в платной «молитве по соглашению», а в жизни по Евангелию.

Для меня лично вступление в дискуссию бывает еще и рабочей необходимостью: чтобы до конца прояснить для себя ту или иную тему, проблему, нужно услышать доводы других людей, их реакцию на твои доводы. Сложная, неоднозначная ситуация проясняется именно в диалоге. Именно в нем актуализируются некоторые вещи, которые ты, может быть, подозревал, но не думал притом, что все вот так — так плохо, или так замечательно, или так противоречиво. А тут ты настоящий срез проблемы получил, и понимаешь, что должен в ответ на это сказать — уже не только в «Фейсбуке», но и в статье, и в книге. Сделанные выводы тебе потом помогают — и в журналистской, и в пастырской деятельности.

Священнику общественной дискуссии не нужно избегать вот еще по какой причине: как правило, он привык общаться со своей паствой, с прихожанами, которые, в свою очередь, привыкли его слушать и относиться к его слову с уважением. И священник волей-неволей привыкает к тому, что он не такой, как все, что его слово имеет особую силу, особый вес. А в пространстве «Фейсбука» сколько угодно людей, для которых дать священнику хорошего пинка — особое удовольствие, и они тебе дают пинков так, что и выполняют, и перевыполняют план. Это тяжело для души. Это скорбно, потому что ты чувствуешь ненависть, и она ранит твое сердце. С другой стороны, это очень полезно для священника — оказаться вне своего обычного положения, без защиты, без статуса, побыть таким же человеком, как все, а не человеком иного порядка. В этом смысле полемика в соцсети возвращает нас с небес на землю. На ту землю, по которой ходят те, кого мы наставляем, учим. Потому что давать другому человеку пастырский совет, как поступить в той или иной ситуации, можно лишь, если ты сам в этой ситуации побывал.

Мы часто говорим о негативной составляющей Интернета, социальных сетей, всех этих форумов и т. д. Но ведь есть и позитивная составляющая. Есть разумные, честные, интересные люди, которые говорят по-настоящему глубокие вещи. И даже в самой жесткой перебранке ты можешь вдруг встретить человека, который тебе какой-то своей мыслью поможет, даст тебе то, на что ты сможешь опереться.

А если ты понимаешь, что дискуссия бесполезна, то больше уже не нужно тратить на нее время. Ведь все, что мы делаем, должно приносить пользу: другим людям, нам самим, нашей душе, наконец, Церкви. Если пользы нет, продолжать обсуждение не имеет смысла. Есть ситуации, в которых действительно ничего не нужно говорить. Пример в Евангелии — молчание Христа перед Пилатом (см.: Мф. 27, 14, Мк. 14, 61). Почему Господь ничего не говорит? Потому что нет никакого смысла: что бы Он ни сказал, эти люди все равно не поверят, потому что им это не нужно. И Он говорит лишь то, что они должны запомнить: вы узрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных (Мк. 14, 62). Если мы говорим, а нас не слышат, если мы задаем прямые вопросы, а нам не хотят так же прямо отвечать, нужно замолкать и выходить из такой дискуссии.

Иногда люди спрашивают, не является ли участие в спорах духовно опасным для христианина. Весь вопрос в том, что человек вкладывает в это участие. Можно ведь и не тратиться на это внутренне — просто делать это как некую работу. Вот процесс принятия исповеди — разрушителен ли он для священника? Ведь, стоя у аналоя, священник слышит об очень тяжелых вещах, и не от одного, не от двух — от многих людей, и это изо дня в день всю его жизнь. Мало кто задумывается о том, как это проходит через душу священника, что происходит с ним. Это тяжело, безусловно. Тяжело еще и потому, что далеко не каждый, говорящий о своих грехах на исповеди, реально готов что-то в своей жизни менять. Встреча с человеком, который сознательно трудится над собой, изменяет себя к лучшему, — нечастая радость и всегда — бесценная поддержка. Но то, что люди не находят в себе сил измениться, — это же не основание для того, чтобы не исповедовать, чтобы вообще отказаться от того дела, к которому священник призван. Если ты исполняешь свой долг, Господь дает тебе силы и защищает тебя от разрушения. То же самое можно сказать и об общественной дискуссии. Если ты участвуешь в ней только для того, чтобы выплеснуть свои эмоции, — участие будет для тебя разрушительно. Но если ты понимаешь, для чего ты это делаешь, если это для тебя часть твоего труда, твоего служения — тогда ты защищен.

Журнал «Православие и современность» № 42 (58)

Комментарии:

нет комментариев

ВЫ МОЖЕТЕ ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ:

Отправляя данную форму, я даю согласие на обработку моих персональных данных в соответствии с политикой обработки ПД.
Материалы по теме

Кто-то опять оскорбил наши религиозные чувства в Интернете, в кинотеатрах показывают антихристианские фильмы, театральные постановки оскорбляют нравственность, какой-то батюшка что-то не то сказал. Со многим вокруг нас не может согласиться совесть. Промолчать или обличить? В обличениях, на самом деле, нет недостатка. Причем зачастую борцы за чистоту веры и нравов не ограничиваются словами, но переходят к физическим действиям. Порой сторонники острых высказываний и активного противостояния ссылаются на рассказ о святителе Николае, архиепископе Мир Ликийских, который ударил еретика Ария по щеке на Первом Вселенском Соборе в Никее

Просмотров: 2862
Комментариев: 0

Никто, наверное, и спорить не станет с тем, что спорить не надо. По крайней мере — без нужды. Без крайней необходимости. Ситуация спора для христианина, для его внутренней жизни опасна. Жаркий спор эмоционально взвинчивает, гневит, ожесточает нас, духовно разоряет, лишает надежды на внутренний мир, тишину; делает невозможной сосредоточенность на молитве. Впрямь, попробуйте начать молиться сразу, как только выйдете из своей любимой соцсети, где сцепились по принципиальному вопросу с целой партией френдов‑оппонентов!.. Почувствуете, как это вам теперь трудно. Что же именно составило труд? Сквозь воспаленные, полыхающие душевные слои, сквозь боль и агрессию пройти вглубь, в сердце, туда, где мы встречаемся с Господом и где должна царить тишина…

Просмотров: 1735
Комментариев: 0

Что есть потребительство? Да, эгоизм, да, стремление брать всё, что возможно, себе, не думая ни о других людях, ни даже о собственном будущем; брать, но не отдавать; использовать, но не создавать, не строить… О потребительстве как явлении, о том, где и в чем оно проявляется, о том, как опознать потребителя в себе и что ему противопоставить, мы беседуем с главным редактором нашего журнала игуменом Нектарием (Морозовым)

Просмотров: 3065
Комментариев: 21

О благодарности и о том, в чем суть христианских взаимоотношений между людьми, наша беседа с Митрополитом Саратовским и Вольским Лонгином

ВИДЕО

Просмотров: 2784
Комментариев: 0

Трудности в отношениях с ближними можно сравнить с подводным рифом, с которым сталкивается христианин в плавании по морю житейскому и вслед за тем, нередко всерьез и надолго, садится на мель. А для кого-то это, может быть, невысокий, но неудобный порог, о который спотыкаешься каждый раз, когда утрачиваешь внимание. И вместе с тем острые моменты — конфликты, ссоры, возникающие с родственниками, коллегами,— можно уподобить  заточенному острому предмету, очень вовремя протыкающему воздушный шарик наших иллюзий. Сегодня мы предлагаем вашему вниманию ответы настоятеля Петропавловского храма Саратова игумена Нектария (Морозова) на вопросы прихожан, касающиеся различных недоумений в отношениях с окружающими

Просмотров: 2116
Комментариев: 0

Есть ли такой человек, который никогда не сталкивался бы с несправедливостью – в отношении себя самого, близких, дорогих ему людей? Кому не приходилось бы терпеть возводимую на него напраслину – на работе, в каких-то жизненных обстоятельствах, а порой так и просто дома? Мне кажется, нет. И потому каждый из нас знает, насколько нелегко приходится тому, кто переживает подобное испытание. И ведь разные бывают ситуации: порой речь идет не только лишь об обвинениях обидных, ранящих сердце, словах колких, уязвляющих душу. Все может быть и куда серьезнее

Просмотров: 1505
Комментариев: 0