Православие и современность. Информационно-аналитический портал Саратовской и Вольской Епархии

ПРАВОСЛАВИЕ И СОВРЕМЕННОСТЬ

Информационно-аналитический портал Саратовской и Вольской Епархии

По благословению Митрополита Саратовского и Вольского Лонгина.
Русская Православная Церковь Московского Патриархата
Подписаться на RSS Карта сайта Отправить сообщение Перейти на главную

+7 (8452) 28 30 32

+7 (8452) 23 04 38

+7 (8452) 23 77 23

info-sar@mail.ru

12+
Приблизиться к подлинной общине во Христе
Просмотров: 891     Комментариев: 1

Христианское служение… Это выражение, несмотря на кажущуюся его простоту, для многих сегодняшних прихожан остается непонятным. Или, что чаще, оно бывает понятно «в общем», но к собственной жизни — как-то неприменимо. А между тем, начиная с самого простого, это служение нужно обязательно в своей жизни осуществлять — ведь без него, как свидетельствует опыт Церкви, и духовная жизнь как таковая становится выхолощенной, формальной. О том, каким может быть пространство христианского служения в жизни современного верующего человека, рассуждает игумен Нектарий (Морозов).

Естественно — быть вместе

 

Мы живем в такое время, когда христианская жизнь — жизнь церковная, жизнь приходской общины — строится по не совсем естественному образцу. Все же верующие были вместе и имели всё общее, — говорится в Книге Деяний (2, 44). Конечно, сейчас уже не идет речи о том, чтобы члены одного прихода объединяли всё свое имущество. Но совершенно неестественна, с другой стороны, и ситуация, когда люди, составляющие собой общину, все остальное время, кроме богослужения, находятся не только вне этого конкретного храма, но и вне самой общины как таковой. Пространством христианского служения является для нас всё, с чем мы соприкасаемся, но начинается оно с нашего прихода, с храма. Поэтому начинать стоит с самых простых и опять же естественных вещей — с того, чтобы ближе узнавать других прихожан, находить какие-то общие интересы, чтобы из этого складывалась постепенно некая общая жизнь.

Смысл не только в том, чтобы помогать друг другу, участвовать в судьбах нуждающихся, — это должна быть действительно единая большая семья. Но в реальности мы видим, что даже на уровне храма это либо не совсем получается, либо не получается совсем. Поэтому любому священнику, настоятелю храма, приходится думать о том, каким образом сформировать хотя бы ядро этой общины, собрать вокруг себя деятельных и неравнодушных христиан, чтобы уже они — подобно тому, как это совершалось в первые века — приводили за собой в храм других людей и помогали им войти в церковную жизнь.

Миссия внешняя и внутренняя

 

Обязательно нужно понимать, что каждый христианин — и особенно тот, кто уже является членом церковной общины — должен быть в самом простом, самом элементарном смысле этого слова апостолом. Само значение слова «апостол» — «посланный», то есть фактически каждый из нас, выходя из храма, принимает на себя роль человека, которого Церковь посылает для того, чтобы он ходил и улавливал для Христа человеческие души.

Я очень люблю книгу писателя Торнтона Уайлдера, которая называется «Небо — моя обитель». Это история одного достаточно ревностного, но, как бы мы сказали, экзальтированного и восторженного протестанта, который пытался обратить в свою веру вообще всех людей, с которыми он сталкивался. При этом он так прямо и непримиримо обличал все те пороки, которые открывались его взору, что регулярно оказывался то в полиции, то на больничной койке, то где-то еще, и даже претерпел кризис своей веры и от нее отказался, но потом опять вернулся. Это очень занимательное и душеполезное, на мой взгляд, чтение, которое, с одной стороны, рассказывает, как не надо миссионерствовать, а с другой — показывает, какой у человека должен быть настрой, потому что настрой у героя этой книги, в целом, как мне кажется, был правильным.

Безусловно, мы не должны бросаться на каждого человека, которого рядом с нами Господь поставил; безусловно, мы не должны обличать во всеуслышание чьи-то пороки и недостатки, потому что нам этого никто не поручал. Но тем не менее мы в своей жизни постоянно сталкиваемся с ситуациями, в которых до того или иного человека слово о Боге можно донести. Для этого просто нужно быть чутким, внимательным, добрым и неравнодушным человеком — и наше сердце нам подскажет, что и кому о Хрис­те можно сказать. При этом, начиная разговор, мы должны определить для себя какую-то меру, которой будем придерживаться, — подобно тому как, собираясь кормить маленького ребенка, примерно представляем, какое количество пищи ему необходимо дать. Собственно говоря, ребенок и сам нам подскажет: начнет отворачиваться и перестанет пищу принимать. Точно так же можно уловить и тот момент, когда начнет внутренне отворачиваться и перестанет принимать духовную пищу собеседник — и тогда надо тотчас же останавливаться. Даже лучше поступать так: давать человеку совсем немного и смотреть, потянется ли он за продолжением. Если не потянется, наверное, уже больше говорить и не нужно. Господь не напрасно уподобляет слово о вечной жизни бисеру: бисер — это нечто ценное, и ощущение этой ценности должно присутствовать и у нас самих, и людям, которые нас слушают, мы должны его передавать.

Это то, что касается миссии внешней. Но помимо этого есть миссия внутренняя — внутри самой Церкви. Фактически в храм постоянно приходят те же самые люди, с которыми мы сталкиваемся в окружающей нас жизни, то есть совсем еще далекие от воцерковления. И, безусловно, они нуждаются в нашей помощи. Бывает, что эту помощь, совет они могут получить сразу же, в свечной лавке, но в праздники, когда идет поток людей, времени на то, чтобы сориентировать человека, у сотрудников свечного ящика не оказывается. И здесь как раз очень нужно, чтобы в качестве миссионеров проявляли себя члены прихода. Мне очень нравится идея миссионерских постов у дверей храма, потому что нередко человек и до свечного ящика не доходит: он заходит в храм, видит перед собой скопление людей, а порой еще и нескольких священников, возглашающих что-то на полиелее, пугается, смущается, разворачивается обратно и из храма сбегает. И очень нужно бывает, чтобы кто-то его поймал и сказал: «Ничего страшного тут нет. А что Вы хотели?». Кому-то это может показаться смешным, но на самом деле таким образом для Церкви будет сохранено очень значительное количество людей.

Или другой момент. Каждый раз, когда священник исповедует человека, впервые решившего причаститься, он должен объяснить ему целый ряд вещей. И здесь огромной помощью бывает, если поодаль во время исповеди стоят два-три человека из постоянных прихожан, так что священник их видит и может подозвать к себе и перепоручить им этого человека, чтобы они ему всё рассказали о том, как будет проходить причащение и как нужно к нему приступать. А может быть, кто-то из прихожан даже возьмет на первых порах своего рода шефство над этим новоначальным, поможет ему разобраться в основах христианской жизни, в богослужении. И это тоже приближает нас к христианам древности, потому что тогда не просто каждого человека кто-то приводил, но и кто-то — как правило, тот, кто его привел — осуществлял по отношению к нему определенное служение, пока тот не становился уже полностью самостоятельным членом общины.

Искать свою меру

 

Христианину, призванному к служению апостольскому, очень важно регулярно задавать себе вопрос: «Какой я человек?» — и честно отвечать на него: насколько мне присуща деликатность, насколько я наделен или не наделен даром слова, насколько мне удается донести до людей ту или иную истину. Тогда мы сможем задать себе другой вопрос: «Какова моя мера?». Для одного человека мера его служения будет заключаться в том, чтобы помочь другому человеку, ищущему Бога, разобраться в основах православной веры; для кого-то она заключается в том, чтобы рассказать новоначальному о подготовке к Таинствам Исповеди и Причащения, а кому-то и этого делать не стоит, и нужно только помочь человеку прийти в храм и довести его до священника, который сам ответит на его вопросы. Стоит сказать, что эта мера во многом зависит от нашего духовного состояния: если человек перестает жить полноценной церковной жизнью, то начинает ощущать, что и с людьми ему поделиться стало нечем.

Очень важно смотреть не только на свою меру, но и на тот плод, который наше общение с людьми приносит. Если мы видим, что результат наших попыток служения — это неустройство, раздор и раздражение, значит, мы всё делаем не так. Нужно рассказать об этом священнику и постараться вместе с ним как-то начать выправлять те пути, которыми мы пользуемся, когда с людьми сближаемся, когда к ним ищем подход. Если же мы видим, что плоды наших отношений с людьми — добрые, что нам удалось кому-то помочь начать жить церковной жизнью, понять эту жизнь, это, с одной стороны, безусловно, повод для радости, а с другой — для того, чтобы усилить внимание к себе, не возгордиться, не начать тщеславиться этим. Нужно помнить и о том, что каждый человек, который по долгу своего христианского служения помогает людям, обязательно терпит за это те или иные искушения. И тем больше будут эти искушения, чем больше в нас тщеславия и ощущения того, что мы всё это делаем своими силами.

Еще одно очень важное качество, необходимое для христианского служения, — это постоянство. По своему священническому опыту могу сказать шире — постоянство и надежность человека. Нередко бывает так, что я как настоятель храма встречаюсь с теми или иными людьми, мы говорим о каком-то конкретном деле, я вижу, что люди эти обрадованы, воодушевлены. Но вот доходит дело до вопроса: что готов делать каждый из вас, какую часть работы готов на себя взять? И выясняется, что каждый сердцем поддерживает то, о чем мы говорили, но конкретное участие принимать в этом не готов. Во многом так происходит оттого, что человеку кажется: ему это не по силам. Но дело в том, что не по силам ни от кого ничего не требуется. Ведь каждому предлагается определить меру своего участия; это может быть участие на 100%, на 50%, на 10%, но тем не менее это какой-то вклад и из этого что-то может сложиться. Только очень важно, определив в самом начале, что вы можете делать, потом этого делать не переставать, потому что если вы бросили свою небольшую долю, еще кто-то бросит — и нескольким оставшимся людям, которые и так несут по максимуму для себя, нужно будет нести уже действительно превосходящую их силы ношу. И как правило, они с ней уже никуда уйти не могут: они сначала стоят под ней, потом сгибаются, а потом она их придавливает и раздавливает. Поэтому, приступая к какому-то послушанию, какого-то рода служению, нужно помнить, что от нас в нем потребуется постоянство. Необходимо рассчитывать свои силы и начинать лучше с малого, а потом постепенно переходить к большему.

Комментарии:

07.09.2016 20:11:53  Олег Давиденко

В 2003 году был в командировке в сердце Украины, на Полтавщине, жил рядом с мигородской лужей и недалеко от Сорочинской ярмарки. Попал на Литургию Крещения Господня. И ... поразил диссонанс: сотни людей пришли крестить воду с рушниками, банками, бутылками. Захожу в ту же Церковь на следующий день и в Церкви кроме работника свещного ящика никого, и то она собиралась запереть церковь и уйти.

Мораль? Можно найти людей, которые лучше тебя знают Евангелие, имеют представление о наших праздниках, традициях и обычаях, не хуже тебя. И ... в Церковь ходят мало или не ходят вовсе.

Злые попы, фанатики прихожане или просто нет времени? Я - законно послушный, исполняю заповеди, верю ... "по своему". И при этом я уверен, что Бог - добрый и простит меня, такого во всех отношениях белого и пушистого.

Горечь о двух событиях:

1) человек не верит в Бога, а только знает учение Божие, что не спасительно,

2) оболваненный либеральной пропагандой человек боится войти в Церковь.

Теперь о нас самих: прихожане не менее внешних отравлены либерализмом и его пропагандой. Что многих православных делает, как минимум пассивными. И чтоб сделать что-то жертвенное многим из нас надо прыгнуть через голову. А это усилие над собой, которое не всякий захочет сделать.

ВЫ МОЖЕТЕ ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ: