+7 (8452) 28 30 32

+7 (8452) 23 04 38

+7 (8452) 23 77 23

info-sar@mail.ru

Информационно-аналитический портал Саратовской и Вольской Епархии
По благословению Митрополита Саратовского и Вольского Лонгина.
Русская Православная Церковь Московского Патриархата
12+
Не бойся, только веруй
Просмотров: 392     Комментариев: 1

Вертикальная черточка в личке пульсирует: «Введите сообщение». Но сообщать уже некому. Адресат — там, где «Фейсбук» не нужен. Нужно просто перечитать в этой личке все, что осталось от человека по имени Вера.

«Все, кто меня знает, подтвердят мое жизнелюбие, оптимизм, веру в лучшее, юмор. Да, сейчас я уже не всегда шучу и реже улыбаюсь, но у души-то рака нет (радостный смайлик. — М. Б.), и она продолжает строчить новые статьи, нырять в хорошие воспоминания о друзьях, о поездках… Стыдно унывать, хотя враг не дремлет никогда…»

Это — последнее. Больше она не писала. Не могла.

Вера Евтухова с мамой Тамарой Михайловной жили в маленьком крымском городке. Вера с детства не ходила — паралич ног, последствие неудачной прививки, еще во младенчестве — и передвигаться могла только на инвалидной коляске. Плюс к тому — еще ворох диагнозов: сердце, почки, гипертония, остеохондроз.

Как­то раз в руки Веры попал свежий номер нашего журнала «Православие и современность», и ей захотелось получать его постоянно. Вера отправила на адрес Саратовской епархии письмо, и Владыка Лонгин благословил нас высылать Вере каждый номер бесплатно.

Вот так мы и познакомились… Случайности бывают: просто они сразу становятся неслучайными.

А потом Вера сама стала писать для нас, то есть и для газеты, и для журнала. Первый ее текст назывался «Апокалипсис каждого дня» и представлял собою просто хронику обычного дня инвалида-колясочника. Хронику противостояния — физическому недугу и тому, что тяжелей него — жалости к себе, унынию, отчаянию. Бытовые подробности у Веры становятся бытийными: мы проживаем ее день с нею, шаг за шагом. Каждый шаг дается с трудом, каждое дело становится проблемой: поднять себя с постели (давление, в голове кузнечный цех), помыть посуду, подмести, постирать белье. Все это необходимо… И невозможно. А мама лежит с температурой…

Как тут не пасть духом, не поддаться всему вышеперечисленному? Нужно продолжать работать — вопреки всему, даже здравому смыслу. Работать, молиться и верить, что Бог поможет.

Бог помогал — временами Вера просто физически чувствовала, что Он поддерживает ее опускающиеся руки. И потому завершался этот Верин текст — благодарностью Богу.

Но к этой благодарности Вера шла — долгим, непростым, тернистым путем. Об этом она рассказала однажды в журнале «Фома». Вопрос: «Почему все ходят, а я нет?», задаваемый в детстве; вопрос «За что мне это?» — в юности. Жалость к себе, обида на весь свет, депрессия, ожесточение сердца. Взрослые верующие люди, говорившие девочке что-то о Христе и о смирении. Отказ смириться, отказ их слушать: разве они могут меня понять, эти здоровые люди? Отказ от веры в Бога, в Его любовь и милость: «Что это за милость такая, если я с детства прикована к коляске?»

…А потом — открытое наугад Евангелие. Ответ Христа ученикам на их вопрос о слепом: не согрешил ни он, ни родители его, но это для того, чтобы на нем явились дела Божии (Ин. 9, 3). И так неожиданно возникшая вера в эти дела Божии, которые должны непременно явиться на ней, на Вере Евтуховой…

Вера, спасшая Веру от сползания в пропасть — по ее собственному признанию.

Вот так вопрос: «За что мне это?» — сменился для нее вопросом «Для чего мне это дано?». Так родилось доверие, а вместе с ним — «…ни с чем не сравнимая радость, просто радость без причины: оттого, что ты живешь на этой земле и дышишь, можешь гладить любимого кота, слушать музыку, ездить в парк, кормить лебедей на озере».

Школу Вера окончила с медалью, юридический техникум — с красным дипломом. Дальнейшая ее жизнь была трудной, да и со многими перипетиями. Но эта жизнь была дорогой вверх, к свету, безусловно. Я совершенно убеждена, что Вера была счастливым человеком: она ясно видела смысл своей жизни, она знала, что ей надлежит в этой жизни делать: трудиться над собой и не ждать скорых успехов. О своей внутренней жизни она писала очень трезво и всегда — с самоиронией:

«Ну почему все духовные испытания постигают меня именно тогда, когда я совершенно к ним не готова? Будто специально выбирают самый неудачный для меня день и час. Нет бы им приходить, когда я в благодушном расположении и готова любить весь мир; когда со святоотеческой книгой в руках способна, кажется, ответить на любой выпад судьбы, найдя в этой книге мудрую мысль кого-либо из святых учителей-старцев. Нет, каждый раз тест приходится проходить в самом невыгодном для этого состоянии духа, да еще и без нужного томика под рукой!»

Вера очень хорошо знала, что такое человеческая немощь, но знала также и другое: «Господь запрещает ветрам сломать меня окончательно», так назывался один из ее очерков, посвященных внутренней, духовной жизни.

Несколько лет назад анонимный благотворитель оплатил Вере лечение в израильской клинике. «Вы с мамой летите?» — наивно спрашивала я по электронке. «Что вы! Сопровождающий — это ведь двойные деньги. Я лечу одна. Ничего страшного…»

Клиника, в которой лечилась Вера, находится в Тель-Авиве. А я, побывавшая незадолго до того на Святой Земле, никак не могла смириться с тем, что Вера после курса лечения улетит домой, так и не увидев Иерусалима и Храма Гроба Господня: когда еще у нее будет такой шанс…

Моя давняя знакомая Марина Л., много лет уже живущая в Израиле, узнав от меня о Вере, сделала всё, чтобы ей помочь. Заказала и оплатила такси, приспособленное для транспортировки инвалидов — от Тель-Авива до Иерусалима. Я в день поездки только и думала — как же Верочка сейчас счастлива… А она не была счастлива: она в то самое утро свалилась с таким приступом, что не могла поднять голову. А когда пришла, наконец, в себя — нужно было уже не в Иерусалим ехать, а в аэропорт.

Господи, ну почему?.. Неужто она не заслужила… Или она мало страдала?..

Да, я помню эту свою боль. Боль, непонимание, отказ принять…

А Вера об этих своих днях потом написала: «Когда я стенала в размышлениях о своем горьком невезении и искала, подобно друзьям Иова, возможные причины такой неблагосклонности Небес ко мне, что-то вдруг подсказало: да ведь Господь и так уже явил чудо, сделав возможной совершенно невозможную поездку в Израиль, послав мне помощь! А я-то, по маловерию своему, в уныние кинулась!

Как я могла так беспечно оступиться, ведь вроде не неофит уже. Но, видно, опыт духовный, даже самый малый, копится раз за разом, и духовное состояние наше никогда не бывает окончательным…».

Вместе с Верой я переживала события 2014 года, разрешившиеся (только для крымчан и только отчасти) незабываемой Крымской весной. Я не очень хорошо представляла себе тогдашнюю обстановку в Крыму, конечно, как и все, живущие далеко. Мне казалось, что Вера с Тамарой Михайловной паникуют, собираясь оставить квартиру, бросить все нажитое (ну что они могли взять с собой?) и бежать от войны в Россию. Я стучала по клавиатуре, убеждая их «успокоиться и не пополнять армию российских бомжей». Лишь через год, оказавшись на прекрасном полуострове и пообщавшись с крымчанами, я поняла, что могло бы произойти с беззащитной Верой и ее мамой, в какой ситуации они могли бы оказаться — если бы не наши «вежливые люди». Но что пережила Вера за последние сутки перед предполагавшимся выездом — выездом, по сути, в никуда — какой ценой давался ей спокойный тон ее писем… «Ужасно не хочется уезжать» — только это и прорвалось.

Но уезжать не пришлось. А потом Вера написала мне, что впервые в жизни чувствует себя под защитой. И что Крым теперь стал огромным, бескрайним — частью бескрайней России…

Сейчас я перечитываю письма Веры, прокручиваю вниз ее страничку в «Фейсбуке»… И мне очень трудно подобрать слова для собственного чувства. Она ведь не знала, что ее ждет. Не ведала, что всё пережитое, переживаемое, преодолеваемое ею — это только начало; что самое страшное, самое тяжелое — впереди…

«Я ничего не понимаю в мировом страдании, кроме одного: в него вошел Творец мира, в него Он послал любимого Сына», — так писал Сергей Фудель в книге «У стен Церкви».

От Веры ничего не стали скрывать. Она знала свой диагноз и отдавала себе полный отчет в своей ситуации: «Бог не посылает испытаний не по силам. Я понимаю, что шансов для оптимизма у меня мало. Но выкарабкиваются люди и отсюда…»

У Веры была бесценная черта — открытость перед любовью. Ей было очень легко помочь — она ждала помощи, тепла, поддержки, она умела это принимать — так же, как и отдавать. Благодарность и любовь переполняют ее последние записи в «Фейсбуке»:

«Мои дорогие, я очень нуждаюсь в ваших молитвах, утешении, ободрении, поскольку плоть моя испытывает большой стресс и страх. Сегодня я вновь прошла Таинство Соборования, что очень укрепило меня как христианку. Молюсь за всех вас и безмерно благодарю…»

Только после смерти Веры я узнала: когда у одного из наших с нею общих фб-друзей тяжело заболела жена, Вера — сама уже больная, обреченная — делала всё, чтобы ободрить, поддержать, помочь…

В последнем нашем с нею телефонном разговоре она сказала мне, что все время повторяет слова Христа: Не бойся, только веруй (Лк. 8, 50 — воскрешение дочери Иаира).

Еще одна запись в личке: «Если и придется мне уйти, то среди друзей…»

31 августа текущего года Вере Евтуховой пришлось уйти — туда, где хромой вскочит как олень, и язык немого будет петь; ибо пробьются воды в пустыне и в степи — потоки. Этими словами пророка Исаии (35, 5–6) завершается ее очерк «Тернистый путь к себе».

Газета «Православная вера» № 18 (590)

Комментарии:

09.10.2017 9:51:42  Александр

Божьего вспоможения автору эссе, Марине.

ВЫ МОЖЕТЕ ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ:

Отправляя данную форму, я даю согласие на обработку моих персональных данных в соответствии с политикой обработки ПД.