+7 (8452) 23 04 38

+7 (8452) 23 77 23

info-sar@mail.ru

Информационно-аналитический портал Саратовской и Вольской Епархии
По благословению Митрополита Саратовского и Вольского Лонгина.
Русская Православная Церковь Московского Патриархата
Найти
12+
Пример стояния в вере
Просмотров: 1725     Комментариев: 0

Наш завтрашний день зависит от того, что мы вынесли из дня вчерашнего. Будем ли мы, способны ли мы по-настоящему помнить, искренне и сердечно почитать святых минувшего века, новомучеников и исповедников России? На наши вопросы отвечает священник Кирилл Краснощеков, председатель епархиальной комиссии по канонизации подвижников благочестия, настоятель храма во имя Святых Царственных Страстотерпцев при Саратовском государственном университете.

Священник Кирилл Краснощеков— Отец Кирилл, создается впечатление, что наш православный народ очень мало знает и мало почитает российских святых, просиявших в эпоху гонений. Но к вашим прихожанам это ведь не относится?

— Ежегодно в день памяти священномучеников епископа Германа (Косолапова) и пресвитера Михаила Платонова мы с прихожанами выезжаем на Воскресенское кладбище, на то место, где хоронили расстрелянных в 1919 году, где покоятся их святые мощи, и служим там молебен. Молебен — это теперь, а раньше, до канонизации отца Михаила и владыки Германа, служили там же панихиды. После этого я произношу проповедь, в которой стараюсь отразить их земной путь, их подвиг. Я надеюсь, что для наших прихожан их имена и имена других новомучеников и исповедников Российских значат много. Тем более что и храм наш освящен в честь новомучеников — Царственных Страстотерпцев, семьи последнего русского императора.

При этом я абсолютно согласен, что широкого почитания новомучеников пока нет. Нет народной традиции.

— Почему? Не потому ли, что почитание святых у нас носит во многих случаях примитивный потребительский характер? Случилась беда, возникла проблема — «Сходи к Матронушке, она хорошо помогает. И Николе Угоднику молебен закажи». А с новомучениками так не получается.

Я не думаю, что проблему надо видеть именно так. Я сам в свое время относился несколько снобистски к этим бесчисленным просьбам к Матронушке. Но Господь меня смирил. Мне случилось однажды читать записки, которые люди кладут на ковчежец с ее мощами. И записки эти меня глубоко тронули. Никто не просил, скажем, денег или успеха себе. Все просили за других — за детей, за родителей, одна женщина просила здоровья своей свекрови, девушки просили Матронушку, чтобы она сохранила их ребят в армии, чтобы эти ребята к ним вернулись, чтоб дальше была свадьба и, что примечательно, много детей…

И кто сказал, что невозможны такие же просьбы к новомученикам? Ведь Сам Господь пробуждает в людях желание молиться святым и поддерживает в людях добрые намерения, несмотря на какие-то искажения или крайности в характере почитания. Я знаю, что люди молятся на могиле епископа Вениамина (Милова) и говорят, что по его молитвенному предстательству получают от Господа просимое, если, конечно, просят о добром. Он не прославлен пока, но это не значит, что ему нельзя молиться, ведь мы в соборе новомучеников и исповедников почитаем святых явленных и неявленных и знаем, что неявленных гораздо больше.

Чтобы сложилась традиция почитания новомучеников, нужно как можно больше рассказывать людям о них. Нужна популяризация их почитания, если мы не побоимся такого слова.

В постановлении Архиерейского Собора (февраль 2011 года) говорится: «Для того, чтобы память о новомучениках укреплялась в нашем обществе как пример стояния в вере, Церковь призывает умножить усилия для почитания в народе святых новомучеников и исповедников». Среди необходимых мер, перечисленных ниже,— строительство храмов и часовен, совершение богослужений в дни почитания новомучеников на местах их последнего служения, посвященные новомученикам общественные мероприятия, изучение их подвига в духовных семинариях, создание документальных фильмов и т.д. Я бы добавил сюда крещение детей. Родителям, желающим окрестить своего сына Николаем в честь архиепископа Мир Ликийских, можно ведь предложить и другого Николая, например, священномученика Николая Амасийского, прославленного в Соборе Саратовских святых. Уж тогда-то родители сделают все, чтобы узнать об этом святом побольше.

Ну и, конечно, проповедь. Судьбы новомучеников — тема для проповеди благодатная, материала много, нужно только не лениться и заниматься этим.

— А богослужебное почитание? Ведь практически каждый день года — это день памяти новомученика, одного, или нескольких, или многих. Но в храмах мы слышим, как правило, лишь имена древних святых.

— Это действительно проблема, и здесь многое зависит от настоятеля. Настоятель может заменять или соединять поминовение древних святых с поминовением мучеников ХХ века. Но для этого должны быть написаны богослужебные тексты.

Новомучеников действительно очень много, и сейчас прославляются, и будут прославляться новые имена. И охватить всех, то есть совершать память каждого из них в каждом храме, невозможно. Кстати, это касается и древних святых тоже. Во всех храмах должны поминаться те мученики и исповедники, имена которых были известны всей Церкви, те, на которых она держалась в годы гонений. Это Патриарх Тихон, Местоблюститель Патриаршего престола после смерти святителя Тихона митрополит Петр (Полянский), архиепископ Верейский Иларион (Троицкий), митрополит Казанский и Свияжский Кирилл (Смирнов), митрополит Петроградский Вениамин (Казанский), митрополит Киевский Владимир (Богоявленский) и многие другие... А вот священномученик Косма Саратовский — это был безвестный сельский священник, и невозможно, чтобы его богослужебная память совершалась всей Церковью, таких, как он, просто слишком много. Но в Саратовской епархии, и уж тем более в его родной Рыбушке его память должна совершаться неукоснительно.

— Есть такое мнение: мы слишком маловерны, малодушны, теплохладны… Или — слишком благополучны и эгоистичны, чтобы почитать новомучеников.

— Я с этим согласен. Мы хотим спокойствия, стабильности, комфорта и не хотим задавать себе тревожащих вопросов: а что будет, а что мы все будем делать, если придет новая беда?.. Христиане первых веков находились в совершенно иной ситуации: они не могли рассчитывать на комфортную жизнь. Небольшие периоды затишья сменяли новые гонения, и подвиг их современников-мучеников очень много значил для них. Вот почему, кстати, он так хорошо документирован: мартирологи, мученические акты, известны с первых веков христианской эры. У христианских авторов много слов на память мучеников, и они достоверны, ведь речь идет о совсем недавних событиях. «И доныне живы некоторые из слышавших это»,— пишет святитель Василий Великий об исповедании святого мученика Гордия (Беседа 18). В то же время святитель говорит, что уже он находится в положении художника, пишущего копию с копии,— уклонение от подлинника практически неизбежно. И в позднейшие времена, когда мученические акты стали превращаться в жития святых, в них волей-неволей появилось множество легендарных напластований типа «из ран мученицы вместо крови потекло молоко».

Но можем ли мы, сегодняшние «благополучные» христиане, не понимать значения мученичества? В конечном итоге, почему это важно и за что мы чтим тех, кто пострадал за Христа? Вы, наверное, тоже не раз слышали эту фразу: гонения — естественное состояние Церкви Христовой. Коробит, когда эту фразу произносят слишком легко — люди, гонений не видевшие и не очень хорошо себе представляющие, что это такое на деле. Я тоже гонений не видел, но я очень много о них читал. И я могу только со сжимающимся сердцем повторить эти слова. Это очень тяжело на самом деле. Но это — тот самый огонь, в котором сгорает все наносное и мелкое, из которого Церковь выходит вечно молодой невестой Христовой. Думая о наших русских мучениках, обращаясь к их письмам, к воспоминаниям, к тому, что от них осталось, мы начинаем понимать, что значит вырасти в меру возраста Христова. Страдание — это самое тесное, крестное соединение со Христом, в этом-то и есть смысл мученичества. Пострадать за Христа — значит вырасти в меру Его возраста. Человек, который отдает свою жизнь за веру,— это человек, который по праву называет себя христианином. Память о мученических жертвах — это вопрос, обращенный к каждому из нас: а по праву ли мы называем себя христианами? И этого вопроса нельзя избежать.

— От первых мучеников, от тех, чья кровь, по слову Тертуллиана, стала семенем христианства, нас отделяют без малого две тысячи лет, и мы не очень-то реально представляем себе этих святых и не столь уж остро реагируем на их жития. Дела давно минувших дней! Другое дело — святые, чьи внуки или даже дети еще живы, кто с фотографий на нас смотрит, о чьем процессе большевистские газеты писали. Это вчерашняя, но все же непосредственно воспринимаемая нами реальность. Это должно, по идее, глубоко потрясать нас, но нередко у нас возникает другая реакция: эти люди слишком обыкновенны и слишком близки к нам, чтобы мы молились им как святым.

— Жития новомучеников и исповедников гораздо документальнее, но и гораздо прозаичнее тех древних житий, о которых мы с вами говорили. Отчасти и в этом тоже причина отсутствия «всенародного» почитания — род лукавый и прелюбодейный знамения ищет, и знамение не дастся ему (Мф. 16, 4).

Нужно ясно представлять себе, что происходило с этими людьми. Ведь история не знала таких гонений на Церковь, на христианство, как при советской власти. Таких — по масштабу и по организованности, продуманности, целенаправленности. Гонения первых веков христианства были жестокими, но они не носили методического характера, они зависели от многих субъективных факторов, то разгорались, то затихали. А в СССР было другое: планомерное, методичное уничтожение веры и верующих. Репрессии в отношении духовенства начались не в 37-м году, а гораздо раньше. Священнослужители и их семьи находились в тяжелейшем положении лишенцев, они не имели никаких прав, зачастую были лишены куска хлеба и питались добросердечными даяниями своих прихожан; престарелых священников власти гоняли на общественные работы вроде чистки общественных туалетов, дети духовенства не могли учиться дальше четвертого класса. Многие из этих батюшек к 37-му году уже успели отсидеть по первому сроку, побывать в ссылке. И при этом они не оставляли священнического служения. А ведь, теоретически, многие могли бы избежать страшной участи: оставить свое служение, переехать, еще раз переехать, затеряться, запутать след… Но они сделали другой выбор. Да, мученичество выбирали обыкновенные люди — священники, монахи, женщины-монахини, архиереи и миряне тоже — мы с вами все время говорим о духовенстве, а ведь среди новомучеников очень много мирян. Почти все архивно-следственные дела тех лет — групповые, вместе со священником по делу, как правило, проходило несколько человек мирян. Это могли быть церковные певчие, мог быть староста прихода, могли быть простые прихожане, выступавшие против закрытия церкви в селе вопреки колхозным активистам. Или — те, кто, будучи обнадежен сталинской Конституцией 1936 года, писал письма Калинину с просьбами церковь, закрытую уже, открыть; кто ходил по селу и собирал подписи под этими письмами. Они тоже могли бы этого не делать, были бы живы. Нашим сегодняшним мирянам, прихожанам нужно задуматься о них и задать себе вопрос: а что бы мы делали на их месте?

— Сегодняшняя, завтрашняя жизнь Церкви зависит от того, насколько живой, действенной будет наша память о мучениках ХХ века, насколько искренним будет почитание? А Ваша собственная жизнь, Ваше служение — как-то обусловлено этим?

— На многие вопросы, которые ставит перед нами сегодня жизнь,— вопросы взаимоотношений Церкви и государства, вопросы церковного управления, духовного образования, приходской жизни — невозможно ответить, не учитывая опыта минувшего века. Главная проблема нашей церковной жизни сегодня — разрыв преемственности, утрата традиций. Традиции надо воссоздавать — а воссоздать можно, только прикоснувшись к опыту тех, кто служил в годы гонений и кто своим мученичеством, своей жертвой свидетельствует о верности Христу. Вот в этом смысле опыт мучеников для нас бесценен. Подвиг новомучеников — это, по сути, стержень церковной истории ХХ века. Будучи священником Русской Православной Церкви я могу видеть и настоящее, и будущее Церкви только в свете их подвига.

Беседовала Марина Бирюкова

Журнал «Православие и современность» № 18 (34), 2011 г.

Комментарии:

нет комментариев

ВЫ МОЖЕТЕ ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ:

Отправляя данную форму, я даю согласие на обработку моих персональных данных в соответствии с политикой обработки ПД.