Информационно-аналитический портал Саратовской митрополии
 
Найти
12+

+7 960 346 31 04

info-sar@mail.ru

Гаий (Такаов), епископ Пензенский и Саратовский (1799 – 1808)
Просмотров: 4853     Комментариев: 0

Гаий (Такаов), епископ Пензенский и СаратовскийРодился в 1750 году в селе Магаро Тифлисской губернии в Грузии. По происхождению грузин, из княжеской фамилии Токаов. Время своей юности он провел при дворе грузинского царя, занимаясь письмоводством.

В 1770 году он принял монашество, а в 1772 г. вместе с грузинским католикосом Антонием II и царевичем Леоном путешествовал в Петербург для политических переговоров относительно присоединения Грузии к России. В течение пяти лет обучался в Александро-Невской духовной семинарии в Санкт-Петербурге. Пробыв два года в Петербурге, послы вернулись на родину, а Гаий поступил в Московскую академию для изучения русского, латинского и греческого языков.

Вернувшись в Грузию, устроил там училище для обучения грузин русскому языку, возведен в сан архимандрита.

В 1784 году вызван в Москву и направлен в Молдавию в помощь к Екатеринославскому архиепископу Амвросию (Серебренникову), ведавшему тогда церковными делами в Новороссии, а с 1789 года ставшему местоблюстителем Молдо-Влахийской экзархии.

29 мая 1793 года хиротонисан во епископа Моздокского, викария Астраханской епархии. На моздокской кафедре Преосвященный Гаий проявил себя деятельным и активным викарием: в викариатстве почти вдвое увеличилось число церквей, было основано два монастыря - мужской Преображенский и женский Успенский. При нем состоялось явление Моздокской иконы Божией Матери. Этот список с афонской Иверской иконы был в XIII веке прислан святой царицей Тамарой в дар новопросвещенным христианам осетинского аула Марьям-Каду. В 1768 году эта икона явила знамение на берегу Терека, недалеко от Моздока — от нее исходил яркий свет и явившаяся в сновидении одному осетину Божия Матерь приказала оставить икону в этом месте. Епископ Гаий совершил торжественный молебен у иконы и по небесному внушению построил для иконы часовню на месте явления. В 1796-1797 годах на месте часовни был выстроен храм в честь Успения Пресвятой Богородицы, при котором вскоре была основана женская обитель (упраздненная вместе с самой Моздокской епархией в 1799 году). Известно, что в конце XIX века жители Моздока выстроили в честь Моздокской Иверской иконы Божией Матери величественный храм. Матерь Божия неоднократно оказывала скорую помощь верующим через эту свою икону (память 15 августа и в Преполовение Пятидесятницы). В 1799 году, через шесть с половиной лет после учреждения, епархия была неожиданно упразднена по причине, как сказано в докладе Св. Синода, малочисленности ее церквей. С этим доводом никак нельзя согласиться, ибо к этому времени Моздокская епархия включала 75 церквей, в том числе 2 соборных, 53 приходских и 20 молитвенных домов. В епархии, несмотря на недостаток духовенства, уже насчитывалось свыше 160 духовных лиц. Все эти церкви с духовенством городов Моздока, Кизляра, Георгиевска, Александрова и Ставрополя снова были присоединены к Астраханской епархии.

Св. Синод 16 октября 1799 года определил Владыке Гаию быть епископом Саратовским и Пензенским во вновь учрежденную Саратовскую епархию. Под начало первого саратовского архиерея поступало около 800 тысяч христианских душ, 615 церквей и 10616 лиц, принадлежавших духовному сословию, из которых служащего духовенства было 2511 человек.

В феврале 1800 года Преосвященный Гаий покинул Моздок и отправился на епископскую кафедру в Пензу. Так как в городе Саратове не было зданий ни для архиерея, ни для консистории, ни для семинарии, а в уездном городе Пензе, бывшем до 1797 года губернским, за упразднением губернских правительственных учреждений, оставалось много пустых и ничем не занятых каменных зданий, то указом Св. Синода велено епископу Саратовскому иметь местопребывание в городе Пензе. Уже 30 марта состоялось торжественное открытие духовной консистории. По этому случаю в Пензу съехались представители епархиального духовенства, прибыли саратовский губернатор и многие гражданские чины. В городе состоялся крестный ход, в кафедральном соборе был отслужен благодарственный молебен. Саратовскую консисторию возглавили лица, прибывшие вместе с Гаием из Моздока. Должность секретаря занял любимец преосвященного Малов, а его помощника — протоиерей Фёдор Ливанов. Из пензенского духовенства присутствующими членами консистории были определены протоиерей Никольской церкви Григорий Александровский, соборные священники Алексей Андреев и Николай Васильев, а также священник Троицкого женского монастыря Алексей Григорьев.

Почти полгода Преосвященный занимался вопросами, связанными с формированием штатов, согласованием и утверждением программ, подготовкой и оборудованием классов для духовной семинарии. Благодаря его стараниям занятия в семинарии начались 1 октября 1800 года. За месяц до этого консистория разослала во все духовные правления указ, по которому воспитанникам Астраханской, Воронежской, Казанской и Тамбовской семинарий, проживавшим в пределах Саратовской епархии, следовало объявить, чтобы они по окончании каникул являлись уже в Пензу для прохождения дальнейшего обучения. Из них и набрали первых воспитанников открывшейся в Пензе Саратовской семинарии. Первым ректором семинарии Св. Синод определил иеромонаха московского Донского монастыря Амвросия (Виноградского), который был возведён в сан архимандрита и назначен настоятелем пензенского Спасо-Преображенского мужского монастыря, а также избран присутствующим членом духовной консистории. Префектом назначили протоиерея Григория Александровского. Учителя прибыли из Казанской и Тамбовской семинарий; среди них был Н. А. Бельсемов — бывший еврейский раввин, принявший православную веру. На образование Преосвященный Гаий смотрел как на одно из важнейших средств, позволяющих избежать тех многочисленных соблазнов, которым нередко поддавались непросвещенные души.

Именно Владыка Гаий первым стал внедрять практику, получившую затем развитие в деятельности его преемников, когда при замещении вакантных мест к кандидатам предъявлялся определенный образовательный ценз. В конце 1800 года при семинарии, согласно указу Св. Синода, была организована так называемая русская (пономарская) школа, предназначенная для тех учеников, кто «усмотрен будет непонятным к учению и к продолжению высших наук безнадежным». Таковых учеников семинарии надлежало готовить к церковным должностям (пономарей, псаломщиков, дьячков) и обучать их чтению, письму, церковному уставу, нотному пению, а также катехизису и Священной истории.

Хорошо зная ревностное отношение Гаия к делу образования, духовные правления и благочинные стали принудительно высылать всех необученных детей священно-церковнослужителей в пономарскую школу и духовную семинарию. Консистории пришлось срочно издать указ, в котором духовным правлениям настрого предписывалось, «дабы они никакого принуждения к высылке священно-церковнослужителей с детьми их в семинарию не делали…». Много сил и стараний довелось приложить Гаию при решении хозяйственно-экономических вопросов. Будучи наделен добрым, мягким и отзывчивым характером, Гаий всякий раз стремился оказывать своим подопечным самую деятельную и участливую поддержку. Его искренне уважало духовенство и любила паства, хотя за нерадение к службе и христианскому долгу с них взыскивалось строго. Внимательно следил Гаий и за тем, как в епархии обстоит дело с проповедью Слова Божия. Каждый священник обязан был сказывать проповеди в своей церкви, а из двух- и трёхштатных причтов в Пензу регулярно вызывались «ученые» священники для проповедования в кафедральном соборе — таким образом архиерей мог лично контролировать уровень подготовки священнослужителей, а им, в свою очередь, предоставлялась возможность совершенствовать своё мастерство.

Немало сил и стараний приложил Гаий к хозяйственно-экономическому устройству. Непростым, например, оказалось дело об отводе узаконенной пропорции земли, а также рыбных ловлей и мельницы для хозяйственных нужд Архиерейского дома. На окончательное улаживание его потребовались целые семь лет и неоднократные обращения Гаия к саратовскому и пензенскому губернаторам, в Казённые палаты обеих губерний, его личные ходатайства в министерство юстиции и различные сенатские департаменты. И лишь в июне 1807 года Архиерейскому дому выделили причитавшиеся по закону 60 десятин земли — 36 небольших полян в пензенском Сурском лесу. Правда, мельницу в Камышинском уезде передали несколько раньше, а вот Ахтубинские рыбные ловли Архиерейский дом тогда так и не получил.

В Пензе трудно было сыскать человека более радушного, чем архиерей. В особо торжественных случаях он устраивал званые обеды, готов был накормить и напоить всякого, кто приходил к нему. Его искренне уважало духовенство и любила паства, хотя за нерадение к службе и христианскому долгу с них взыскивалось строго.

Состояние приходского духовенства всегда являлось предметом особой заботы епископа Пензенского и Саратовского. Много хлопот архипастырю доставляло, например, распространённое в то время бражничество. Бывали даже такие случаи, когда члены епархиального клира в питейных домах закладывали богослужебные книги, в нетрезвости исправляли требы и обряды, чинили буйства и сквернословили. Не касаясь здесь причин этого явления, отметим, что Гаий прилагал немало усилий, дабы укротить и искоренить греховное по своей сути пристрастие к винопитию. Так, в октябре 1800 года консистория затребовала от духовных правлений епархии предложения о наиболее действенных средствах по предотвращению этого соблазна. На основе собранных мнений был разработан ряд мер по искоренению пьянства в среде духовенства. Немаловажное значение в этом отводилось повышению образовательного уровня священно-церковнослужителей. В частности, лицам духовного звания надлежало использовать свободное от службы время для своего совершенствования в пении, чтении и письме, для чего из Московской синодальной конторы было выписано более тысячи книг духовного содержания. К тем же, на кого методы убеждения не действовали, кто не оставлял пагубного пристрастия к винопитию, принимались меры принудительного воздействия: запрещение священнослужения, отрешение от занимаемого места и высылка в монастырь «до исправления», лишение сана и исключение из духовного звания.

Владыке Гаию приходилось постоянно заниматься и проведением дознаний о беглых священно-церковнослужителях. Чаще всего причиной побега служила либо угроза возмездия за совершённые проступки, либо перспектива быть отданным на военную службу. Обычно беглые находили себе пристанище в старообрядческих скитах и монастырях.

Хотя укрывательство беглых и сказывалось на отношении Гаия к старообрядцам, в его действиях не было ничего противозаконного. Он строго следовал положениям императорских указов от 1791 и 1800 годов, которые предусматривали, “чтобы священнослужители старообрядцам или раскольникам в образе их богослужения и в прочем ни малейшего случая к огорчению и жалобам ни делом, ни словами не позволяли и не чинили никакого притеснения, паче же всемерно удалялись от домогательства корысти; даже ни для чего без зову их не ходили в их дома, старались же бы их обращать к вере благовременно, кротостию, здравым учением и доброго жития своего поведением” 15 . Более того, жалобы старообрядцев, поступавшие в местные органы власти, не оставались без внимания владыки, по изложенным в них фактам проводилось тщательное расследование — этого требовали Высочайшие указы.

Активная деятельность архипастыря, его хлопоты и заботы по обустройству вновь учреждённой епархии были замечены и справедливо вознаграждены. В 1804 году император Александр I удостоил владыку личным рескриптом, в котором писал: «Преосвященный Гаий, епископ Пензенский и Саратовский! Отличное усердие и труды, подъемлемые вами на пользу Церкви, приобрели вам право на общее и моё уважение; в знак оного препровождаю при сем для возложения на вас орден св. Анны I класса; отдавая вам сию справедливость, я желаю тем означить, сколь много уважаю я влияние веры и добрых пасторских примеров на нравы и добродетели гражданские». Заметим, что это была не единственная награда архипастыря. Ещё в 1789 году Екатерина II пожаловала ему золотой кабинетный крест, украшенный бриллиантами и яхонтом, а в 1807 году его наградили искусно выполненной панагией.При епископе Гаии в Саратовской губернии появилась первая единоверческая церковь в селе Чернавке Петровского уезда в 1802 году. Среди приоритетных дел по обустройству епархии возведению храмов и заботе об их благолепии Гаий придавал первостепенную важность. Согласно распоряжениям архиерея, вместо деревянных повсеместно началось строительство каменных церквей. В Пензе в 1800 году приступили к возведению обширного и величественного кафедрального собора.

В Саратове в 1801 году занялись поправкой и расширением одного из самых древних городских храмов — Рождества Богородицкой церкви. В следующем году при ней стали сооружать каменную колокольню, а в 1805 году саратовский голова купец второй гильдии Иосиф Горбунов «по собственному желанию и некоторых (других лиц), любящих благолепие св. церквей», устроил в её ограде 12 каменных лавок и передал их в собственность церкви при условии, чтобы часть поступавших от лавок доходов (200 руб.) ежегодно выплачивалась причту в качестве дополнительного жалования. Узнав о таком благотворении, Гаий повелел служителям церкви «всегда во время именин Горбунова и его семейства служить соборные молебны, а при случае смерти — панихиды». Польщённый столь высокой оценкой своего поступка, Горбунов вместе с купцом Иваном Пулькиным в 1807 году обратился к епископу с просьбой разрешить им построить ещё 18 лавок «собственным капиталом, за который пользоваться им получаемым с тех лавок доходом, считая от выстройки оных восемь лет, а по окончании оного срока отдать в вечное владение Рождества Богородицкой церкви, не требуя уже капитала на то строение ими издержанного». Преосвященный «из уважения прежнего сих просителей к церкви Божией усердия» дозволил устройство лавок на оговоренных условиях.

В 1803 году была заложена Успенская каменная церковь в Камышине, в 1805 году в Хвалынске началось строительство Воскресенской каменной церкви, а в Петровске приступили к возведению каменной колокольни при Петропавловском соборе, в 1806 году была выдана храмозданная грамота для Покровской каменной церкви в Кузнецке, а в 1807 году — для Архангельского каменного собора в Аткарске. Всего же в Саратовской губернии за 1799 — 1808 годы усилиями благочестивых мирян и при самом активном участии губернатора П. У. Белякова возвели более 20 новых церквей, а число строившихся храмов составляло не менее 30.

С 4 декабря 1803 года Преосвященный Гаий стал именоваться епископом Пензенским и Саратовским. В 1804 году императором Александром I награжден орденом св. Анны 1 класса. В феврале 1806 года Владыку вызвали в Петербург для присутствия в Св. Синоде. Планировалось открытие Телаво-Кахетинской епархии, и его хотели перевести на новую кафедру. Но этот проект остался тогда неосуществлённым. В конце того же года Владыка вернулся в Пензу.

Осенью 1807 года Преосвященный Гаий предпринял очередное обозрение епархии. До этого он неоднократно бывал в Саратове и останавливался, как правило, в Спасо-Преображенском монастыре, находившемся в то время у подножия Соколовой горы. 26 октября 1807 года Саратов колокольным звоном встречал своего архиерея. За время своего визита Преосвященный посетил все городские храмы. В декабре Преосвященный Гаий было собрался в Пензу, но как раз в это время в Саратове появилась чума и полностью овладела городом. В столь тревожные и трудные для саратовцев дни Преосвященный не мог оставить свою паству в беде. Самим присутствием в чумном городе, своими молитвами и проповедями, полными оптимизма и надежды, он делал великое дело — сохранял и поддерживал в людях духовные силы, вселял в них веру в скорое избавление от страшной напасти. В марте 1808 года чума отступила и по этому случаю 13 марта в Соборе был отслужен благодарственный молебен, а вокруг города совершен крестный ход, в котором приняли участие едва ли не все жители Саратова. В первые Пасхальные дни — 4 и 5 апреля, Гаий последний раз служил в Саратовском соборе. Еще 10 января решением Св. Синода он был переведен на астраханскую кафедру архиепископом. 18 апреля 1808 года благодарные саратовцы проводили Преосвященного в путь, любезно сопроводив его до первой станции. По свидетельству Н. Г. Скопина, «все сожалели о сем пастыре, яко кротком и нежном отце».

При переводе в Астрахань был возведен в сан архиепископа.

В Астрахани архиепископом Гаий прослужил тринадцать лет, немало потрудившись во благо Русской Православной Церкви. Скончался 20 февраля 1821 года. Погребен в нижнем храме Астраханского кафедрального Успенского собора.

Труды Высокопреосвященного Гаия:

Краткая грузинская грамматика.

Начальное учение человеком, хотящим учитися книг Божественного писания: Пер. на осет. яз. М., 1798.

При подготовке материала были использованы:

  1. Благонравов Михаил, священник. Архиереи Астраханской епархии за 300 лет ее существования: 1602-1902 гг. Астрахань. 1902.
  2. Гаий (Токаов). // Интернет-публикация Благотворительного фонда «Русское Православие».
  3. А. П. Новиков, С. И. Барзилов. Саратовские архиереи. Биографические очерки. "Волга", №12, 1999. Публикация в сети Интернет.
  4. Святитель Гаий, архиепископ Астраханский и Кавказский. // А. А. Яковлев, В. В. Теплов, М. Е. Плякин. Саратовские подвижники. Саратов: «Летопись», 2000.

Комментарии:

нет комментариев

ВЫ МОЖЕТЕ ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ:

Отправляя данную форму, я даю согласие на обработку моих персональных данных в соответствии с политикой обработки ПД.