+7 (8452) 23 04 38

+7 (8452) 23 77 23

info-sar@mail.ru

Информационно-аналитический портал Саратовской и Вольской Епархии
По благословению Митрополита Саратовского и Вольского Лонгина.
Русская Православная Церковь Московского Патриархата
12+
Альтернатива Православию – варварство
Просмотров: 1153     Комментариев: 0

Наш сегодняшний собеседник – священник Владимир Вигилянский, который служит в храме Мученицы Татианы при Московском государственном университете.В прошлом он литературный критик, журналист, искусствовед. Его жена – известный поэт, прозаик, эссеист Олеся Николаева. Проблемы взаимоотношения религии и культуры, Православия и творчества, Церкви и интеллигенции – постоянная тема его религиозной публицистики.

— Я стал священником девять лет тому назад. За плечами у меня был большой опыт работы среди творческой интеллигенции. Мно-гие из моих коллег и друзей - замечательные, талантливые люди. Но в Церкви удельный вес думающих, по-настоящему интеллигентных людей оказался во много раз больше, чем вне церковной ограды.

— Отец Владимир, существует ли «линия напряжения» между Церковью и интел-лигенцией?

— Это «напряжение» - наследие прошлого, тех времен, когда интеллигенция восстала против Бога и Церкви и повела за собой в этом противостоянии российское общество. Для русской интеллигенции проблема свободы и справедливости была одной из главных. Одни - славянофилы - решали ее на путях поиска национальных идеалов. Другие - западники - считали, что искать решение задачи надо в отрыве от почвы, религии и национальных ценностей. К началу ХХ века в массе своей победили западники. После первой революции 1905 года некоторые представители интеллигенции западнического крыла осознали всю пагубность для России своего пути и выпустили сборник статей «Вехи», в котором пророчески обрисовали не просто крах идеологии западничества, но и апокалиптическую картину русского общества. «Вехи» подверглись такой массированной информационной атаке, какой не испытывало до тех времен ни одно издание: за короткий срок было опубликовано в газетах и журналах около 200 разгромных материалов. Сегодня абсолютно ясно, кто был прав в полемике вокруг «Вех». ХХ век показал, к чему может привести глобальное отцеубийство - погибших насильственной смертью в этом кровавом веке было больше, чем за всю историю человечества.

— Но разве сегодняшняя интеллигенция окончательно осознала всю пагубность отрыва от Бога?

— Нет, конечно. Потому что интеллигенция потеряла одно из своих отличительных качеств - ответственность. Западники ХIХ века, не говоря уже о славянофилах, были людьми искренними и ответственными за судьбы страны. Сегодня же за западный «грант» многие готовы продать и совесть, и собственное достоинство, и вообще что угодно. В России уже скопилась целая армия этаких «детей капитана Гранта», способных, наподобие ветхозаветного Хама, за чужие денежки посмеяться над наготой отца. Кроме того, большевистская идеология очень крепко засела в мозгах наших соотечественников. Воинствующий атеизм на генетическом уровне сидит в подсознании многих людей, в том числе и интеллигенции. Ситуация с восстановлением в Саратове взорванного большевиками собора говорит именно об этом. Если мы не можем воскресить расстрелянное большевиками саратовское дворянство, офицерство, крестьянство, ученых, духовенство и т. д., то хотя бы совершим символический акт - восстановим собор, который красуется на всех дореволюционных открытках с видами Саратова. Москвичи отстояли право строительства взорванного в 1934 году храма Христа Спасителя (около 2 миллионов личных вложений). Было такое же, как и в Саратове, противостояние этому строительству, даже собирали подписи среди интеллигенции. Но прошло время, и многие из тех, кто поставил эту предательскую иудину подпись, немало бы сейчас отдали, чтобы этот список не был опубликован: наконец они поняли, что это - позор. Вот и саратовская интеллигенция должна стать защитницей поруганной чести своего города. Если она отмолчится, то грош ей цена. Слава Богу, что не так все плохо. В середине декабря 2003 года на конференции «Православие и здоровье нации» в Саратове и в СГУ, и в педагогическом институте, и в епархии я встречался с прекрасными, умными, интеллигентными людьми. Лучшая часть интеллигенции понимает, что Православие - это то, что делает нас европейцами. Если мы от него откажемся, то окончательно превратимся в варварскую страну, перманентно утопающую в пучине хаоса. Еще Достоевский говорил, что «русский человек без Бога - дрянь».

— Сейчас разговоры о «русском» многими понимается только как отражение крайнего национализма, дурно пахнущего патриотизма.

— Само слово «патриотизм» (любовь к родине) содержит в себе корень patris - отечество. Что может быть дурного в уважении и почитании своего отца, в «любви к отеческим гробам»? Тем не менее, эдипов комплекс современного постмодернизма полностью отрицает какие-либо проявления патриотизма. Сейчас часто повторяется выражение Льва Толстого о том, что патриотизм - «последнее прибежище негодяя», хотя на самом деле в первоисточнике (английский писатель Самюэль Джонсон) сказано, что не все потеряно даже для самого последнего негодяя, пока в нем живет чувство родины. Нравственное «отцеубийство» по отношению к своей культуре, к своей истории, к своей религии стало символом советской идеологии. На его место пришло ложное понимание патриотизма, включающего в себя, как написано в словаре, «борьбу за социализм и коммунизм». Последствия советской идеологии проглядываются, например, в яростной борьбе против введения факультативных уроков в русских школах «Основ православной культуры». Нам нужно очищать многие понятия от наросших на них ложных толкований.

— Скажите, а какова в такой ситуации ответственность художника? Ведь он же рупор, через который силы зла будут широко транслироваться читателям, слушателям, зрителям?

— На все вопросы есть ответы в Евангелии. Господь говорит, что «за всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда». И в другом месте: «Горе тому человеку, через которого соблазн приходит». А если это «праздное слово» и «соблазн» тиражируется печатью, ТВ, кино, то, представляете, как преумножается грех и вместе с ним ответственность человека за свои деяния? Но если деятель культуры - действительно художник, то есть творец нового, то в момент истинного вдохновения, которое он переживает, открывает свою душу для Бога. И мы знаем довольно частые в истории культуры случаи, когда сам художник, его мировоззрение противоречили его же творениям, которые уже жили как бы отдельной жизнью от сотворившего их. Писатель по своим убеждениям мог быть агностиком, даже противником религии, в личной жизни - развратником, запутанным, злым человеком, но своим творчеством приводить людей к Богу. Такое было раньше, такое и сейчас встречается. Это происходит оттого, что настоящее творчество - по сути, религиозный акт, потому что творчество преображает мир, претворяет хаос в гармонию.

— Как Вы думаете, может быть, «перестройка» во всем виновата? Или мы пришли к этому краху всем ходом нашей истории в целом?

— Я бы не стал списывать все наши беды на последние 15 лет. Я повторю мысль, которую до меня многие высказывали: мы не были готовы к свободе. Мы свободу понимали неправильно, мы путали свободу со своеволием. Мы думали, что если человека освободить внешне, он станет свободным. Однако в христианском понимании истинная свобода не связана внешними ограничениями человека. По словам Христа: «Познаете истину, и истина вас сделает свободными». Или у апостола Павла: «Где Дух Господень, там свобода». Для христианина можно и в тюрьме быть свободным, если ты со Христом, с Истиной. Но если мы живем «без царя в голове», без Бога, тогда даже к внешней свободе мы не будем готовы, как мы оказались совершенно не способны ни к экономической, ни к политической, ни к нравственной, ни к творческой свободе. Не поэтому ли многие писатели, драматурги, режиссеры, художники замолчали и до сих пор не могут прийти в себя, а ведь во время несвободы были очень жизнеспособны. Вот если бы каждый человек задумался, каков был замысел Божий, когда появился он на свет, тогда этот человек неизбежно пришел бы к выводу, что его предназначение – выявить свое богоподобие, которое заключено как раз в свободе.

— Но сейчас все больше и больше приходит людей в Церковь. Значит, не все потеряно?

— Я не говорю уже о том высоком уровне нравственности церковных людей, с которым я столкнулся, став священником! С большой отрадой и надеждой я гляжу на десятки верующих писателей, художников, композиторов, режиссеров, актеров, ученых с очень громкими именами. На них лежит ответственность остановить падение нашей культуры. В общественном сознании Запада русская культура теперь ассоциируется с «великой победой» группы «Тату». Вот знаменательный итог культурной «перестройки»!

— И последний вопрос. Вы преподаете в семинарии для будущих священников «Миссиологию». Есть ли у Церкви свои миссионерские планы относительно культуры, интеллигенции?

— В выступлениях последних лет Святейшего Патриарха Алексия II постоянно звучит мысль не только о воцерковлении культуры, но и повышении культурного уровня священства и вообще церковного общества. Мне иногда больно смотреть, что в церковных изданиях, в церковных радио- и телепередачах тиражируются произведения весьма низкого культурного уровня только потому, что в них есть религиозная атрибутика. Православие настолько высоко и глубоко, в том числе и в эстетическом плане, что требовательность к религиозному искусству здесь должна быть повышенной. Нам многому надо учиться у светских творческих деятелей. Все лучшее, наполненное божественным вдохновением, должно принадлежать Церкви, цениться и поддерживаться Ею. Мне нравится, как дело миссионерства среди интеллигенции поставлено в Грузии. В роли главного миссионера там выступает сам Патриарх-Католикос Илия II. На протяжении последних лет он каждый четверг устраивает встречи с представителями интеллигенции того или иного культурного или профессионального направления: в прошлый четверг - с композиторами, в этот - с переводчиками, в следующий - с преподавателями сельскохозяйственной академии, потом - с физиками и так далее. Наша русская интеллигенция, к сожалению, не избалована вниманием со стороны епархиальных епископов. Но есть прекрасные исключения - ситуация в Саратове. Первые шаги епископа Лонгина говорят о признаках симфонии не только между Церковью и властью, но и между Церковью и интеллигенцией.

Опубликовано в газете "Православная Вера"

Комментарии:

нет комментариев

ВЫ МОЖЕТЕ ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ:

Отправляя данную форму, я даю согласие на обработку моих персональных данных в соответствии с политикой обработки ПД.